В сердце Бостона

– Да! – вскрикиваю, подаваясь задом навстречу его рывкам.

– Громче! – рявкает он.

– Запомни это, – Бостон тянет меня за шею, заставляя выпрямить туловище и прижаться спиной к его груди. – Запомни, Кендалл, – его ладонь сжимает мое горло, слегка придушивая. – Запомни, мать твою, – пальцы второй руки скользят мне между ног и надавливают на взбухший клитор.

– Господи, Бостон… – я закатываю глаза, принимая каждый его яростный толчок.

– Я никому не позволю прикоснуться к тебе. Никому, – Бостон неистово врезается в меня.

Я содрогаюсь и жалобно стону, запрокидывая голову. – Ни одному из тех ублюдков. Ни гребаному Чейзу. Ни Джейсону. Никому. Ты моя.

– Да, Бостон, да… – откидываюсь затылком на его плечо.

Разум туманится. Меня начинает трясти. Я сжимаюсь вокруг его члена и утопаю в мощном оргазме, вцепившись ногтями в шею Бостона.

Он зверски рычит, пульсирует внутри меня и кончает. Теплая сперма разливается по внутренней стороне моих бедер, и мы падаем на кровать, задыхаясь от блаженства. Наше сбитое дыхание отражается от серых стен спальни.

Мои дрожащие пальцы путаются в волосах Бостона. Он до сих пор на мне сверху, но я не чувствую тяжести. В эту секунду мне хорошо. Сердце как будто склеилось и перестало ныть.

Всего лишь на одну секунду.

А потом все начнется сначала.

– Ты так сильно напугала меня, Кендалл, – шепчет Бостон. Его дыхание еще не выровнялось, поэтому голос вибрирует. – Когда я нашел тебя там, в той грязи, с теми уродами, голую и без сознания, я… – он звучно втягивает в себя воздух, и я чувствую, как трясется его грудная клетка.

– Я хотел убить их всех. И я бы убил, если бы тебе не требовалась экстренная помощь, – он скатывается с меня набок и уволакивает за собой, прижимая спиной к горячей груди.

– Бостон… – я хочу повернуться к нему лицом, но он крепче сковывает меня в объятиях, ограничивая в движениях.

– Нет, послушай, – сглатывает он. – Я идиот. Я пытался все сделать правильно. Пытался следовать каким-то общепринятым правилам. Пытался не выглядеть ублюдком в чьих-то глазах.

Но так не бывает. Всегда будет тот, кому больно. Я не могу угодить всем. И… Черт. Я мудак. Я не должен был отпускать тебя. Я ошибся. Я чертовски люблю тебя, Кендалл. И это сильнее меня. Ты всегда толкала меня на неправильные вещи. Всегда зарождала во мне запретные желания. Будила моих демонов. Воскрешала пороки. И, черт, сейчас я уверен, что ты – самое правильное, что когда-либо случалось в моей жизни. Потому что с тобой я по-настоящему живу.