В тайге ночи тёмные

То, что она его ненавидит, теперь ясно и понятно. И ненавидит оправданно. Но! Паша! Он ведь копия его отца. Поначалу казалось, что мальчик похож на Лизу, но теперь ясно, он в деда. Федор Николаевич Соколов был натуральным блондином с голубыми глазами, это они — братья пошли в мать — темноволосую черноглазую уроженку казачьей станицы. И характером Паша в Соколовых. Фёдор, несмотря на внешний вид, был мужиком суровым, деятельным, воспитывая те же качества и в сыновьях, однако старший постигал отцовскую науку жизни куда лучше, младший предпочитал лишний раз спрятаться за материнскую юбку.

Но все это лирика. Важно другое — Пашка его сын! Лиза не стала делать аборт, сбежала, родила и спряталась. Вот откуда эта необъяснимая тяга к мальчишке… Кровь есть кровь, её не обманешь.

С ума сойти! Он столько лет отмахивался от мысли завести детей, не желая тратить ни силы, ни время на то, от чего далёк, и тут на тебе. И Лиза… Почему не рассказала сразу, кто он? Почему скрыла? На что надеялась? Хотя… видимо решила поскорее спровадить призрака прошлого, пока тот ничего не вспомнил, а значит, не хочет никаких контактов.

Она ясно дала понять, в её жизни и жизни её ребенка нет места никаким залетным папашам. А ночью пришла, чтобы он уже отвалил от нее со своими расспросами. Расслабился и отвалил. Глупо, по-женски, но и тут можно понять её поведение, просто другого варианта, скорее всего, не увидела.

— Твою сука за ногу, — откинулся на подушки.

Он так и не долетел до лесоповала, а пилот, по всей видимости, сейчас лежит на дне озера. Если уж жизнь бьет по башке, то наотмашь. Интересно, горе-братец его ищет? Или в панике носится по кабинетам, не знает, куда свою жопу теперь пристроить?

— Н-да, лучше бы и не вспоминал ничего, — принялся растирать руками лицо.

И как быть? Выйти утром к Лизе и сказать, что он всё вспомнил? Только, какую реакцию получит в ответ? Она скорее нож в него метнёт, и прикопают потом с отцом где-нибудь под сосной.

Всё более или менее нормально, пока Лиза уверена в его беспамятстве. Пусть так и остается… Если уж у нее хватило моральных и физических сил, чтобы забраться в такую глушь с маленьким ребенком, раз за все годы не вышла на связь, ни о чем не попросила, значит, давно похоронила его.

А ведь он оказался совершенно не прав в отношении юной секретарши Лавровой.