В тайге ночи тёмные

И сейчас хочу знать, что происходит в компании.

— «Все хорошо в компании, работа идет своим чередом. Что случилось вообще?»

— Не долетел до лесоповала, вертолет рухнул в озеро. А сейчас слушай меня внимательно. Шум не поднимай, если ведутся поиски, прекрати их. Скажи, что будешь искать своими силами. Ты, собственно, и будешь искать — пилота. Так что, лети завтра в Кемерово, есть шанс, что он жив и сейчас находится в больнице. Я чуть позже сброшу контакты. Зовут его Терехов Андрей Иванович, восемьдесят пятого года рождения.

Сделать все надо быстро. Если подтвердится, что это он, займись им. Я покрою все расходы на лечение и восстановление. После с адвокатами навести его семью, Олешкевичу позвони, он в этих вопросах профессионал. Всеми силами постарайся утрясти это дело. В СМИ должно быть тихо. Понял?

— «А что за секретность такая?»

— У меня здесь возникли важные дела, и решить их я хочу в спокойной обстановке. Такой ответ устроит?

— «Вполне. Что-то еще?» — в голос Кирилла вернулись привычные недовольные нотки.

— Да, что-то еще. Не забудь кредитки и наличку. Всё найдешь у меня дома в сейфе. Как прилетишь, сбрось смс на этот номер, я скажу, где и когда встретимся. И да, расследование с погибшим рабочим завершено? Что вообще происходит сейчас?

— «Расследование завершилось. Вина бригадира и оператора установлена, но жена погибшего все равно собралась в суд, с остальными договорились по деньгам»

— Ясно. Ладно, теперь уже спешить некуда. Тогда всё… Давай, до связи.

— «Стой, стой, стой! То есть, ты со мной обратно не полетишь?»

— «Что же за дела такие важные у тебя?»

— Тебе эта информация ни к чему.

— «Ок, понял. Только, что мне сказать Ксении? Она тут рыдает, которые сутки»

В этот момент Соколов закатил глаза под лоб. Вот о ком, о ком, а о Ксении он забыл. И с чего бы ей интересно рыдать?

— Скажи, что я жив. И как доберусь до дома, обязательно с ней увижусь.

— «Будет сделано… Короче, Сокол старший, я рад, что все обошлось. До скорой встречи»

Вот и поговорили.

Н-да, братец ожидаемо сник. Ну, ничего, перетопчется. Кирилл всегда слишком многого хотел от жизни и слишком мало для этого делал, привык, что годами блага ему сыпались из заботливого материнского клюва как из рога изобилия, а он только знал, шире рот разевал. Теперь же приходится шевелить задницей, видите ли, работать. Что до Ксении… Лизе о ней знать вообще не надо.

Но главное сейчас — это придумать, как съездить в город и вернуться обратно сюда.