В тени пирамид

– Благодарю вас, сударь, – склонил голову в вежливом поклоне проводник и что-то сказал хозяину. Тот кивнул и с довольным лицом удалился.

– А вот скажите, любезный, – спросила княгиня Георгиоса, – почему в ресторане нет ни одной дамы?

– Турчанкам разрешается самостоятельно посещать только кладбище, баню и мечеть. Во все остальные места она может ходить только с гаремным евнухом или с мужем.

– И много ли жён в гареме у простых турок?

– Гарем – две-три жены – дорогое удовольствие. О большем количестве я и не говорю.

Только богатый эфенди может его содержать. Но даже если у вас много денег, создать гарем из десяти женщин не просто. Во-первых, невольниц мало, а во-вторых, цены на них подскочили, как только султан ввёл закон о запрете работорговли. Теперь это делают тайно. Большим спросом пользуются похищенные русские барышни. Их до сих пор черкесы привозят на фелюгах из Трапезунда.

– Батюшки-светы! – взмахнула руками княгиня. – Что же это абреки никак не угомонятся?.. Война давно закончилась, а они опять разбоем промышляют?

Георгиос пожал плечами и, кивнув на пустой стол, сказал:

– Ладно, мил человек, ступай, – велела княгиня.

 – Тебе тоже надо поесть.

Чичероне скрылся за дверью.

– Вы заметили, как он чисто говорит по-русски? Откуда родом этот грек? – озадачилась вдова.

– Мне он сказал, что до двадцати пяти лет жил в Таганроге и держал лавку, а потом, женившись, перебрался в Салоники, но там у него что-то не сложилось и вот теперь он здесь, – сообщил Клим.

– То-то и оно, уж больно он по-нашенски лопочет.

Вскоре принесли блюда, и началась неторопливая беседа. Клим отвечал на вопросы княгини, рассказывая о знойном ставропольском лете, пыльных дорогах и удалённости от моря.

– А вот была бы у вас река, как Волга или Дон, и всё бы наладилось, – мечтательно выговорила Дарья Андреевна, начав разделываться с рыбой. – Тогда и вокзал был бы не нужен, потому что пароходы бы ходили, да и жара переносилась бы легче. Вы уж простите меня великодушно, но любой российский город без железной дороги – дыра дырой.

Пусть он даже и называется губернским.

– Зато Ставрополю не грозит наводнение. Он расположен на возвышенности. И перепад её настолько большой, что даже весна в разных частях города наступает по-разному. На Воробьёвке яблони ещё только-только собираются цвести, а на Ташле, находящейся в низине, соцветия уже раскрылись и радуют глаз. А насчёт вокзала – уверен, его скоро построят и железнодорожное полотно протянут.