В трущобах Индии

Браматма и факир подходили уже к концу необитаемой части развалин и приближались к старой пагоде, когда вдруг, проходя через густую рощу тамариндов, куда еле проникал дневной свет, Арджуна споткнулся о чье-то тело и едва не упал в высокую траву. Он наклонился, ожидая увидеть какого-нибудь бездомного нищего, который спал под открытым небом, и вдруг вскрикнул от удивления.

— Дислад-Хамед, падиал!

— Не случилось ли и с ним какого-нибудь несчастья? — сказал Утсара, подходя ближе.

— Он не ранен, — отвечал Арджуна, внимательно осмотрев падиала.

 — Странно! Совсем не слышно биения сердца, а между тем он дышит… Нельзя оставлять его умирать здесь без всякой помощи.

Роскошное жилище браматмы находилось всего в нескольких шагах оттуда. Арджуна сделал знак факиру, который взвалил падиала себе на плечи, и оба направились в Жахара-Ранг, или дворец святых, — название, присвоенное жилищу браматмы.

Отдавая приказание перенести к себе немного сторожа Беджапура, Арджуна действовал не только под влиянием человеколюбия, но и под влиянием какого-то инстинктивного любопытства; тайное чувство подсказывало ему, что здесь кроется что-то особенное и в высшей степени важное и интересное для него.

Вместо того чтобы войти через главный вход, охраняемый постоянно дюжиной серкаров, он обошел сад, открыл маленькую дверь и провел Утсару с его ношей в свои частные апартаменты.

Падиала положили на кровать, и, пока факир смачивал ему виски уксусом, Арджуна дал ему несколько капель укрепляющего средства, рецепт которого был известен только браминам; прошло несколько минут — и негодяй очнулся от довольно продолжительного обморока.

Он открыл глаза и, узнав браматму, чуть снова не потерял сознания. Вид верховного вождя общества «Духов Вод» подтвердил его уверенность, что его спасли для того только, чтобы посмеяться над ним и затем подвергнуть ужаснейшим пыткам.

— Пощади! Пощади! — воскликнул он, складывая руки. — Клянусь служить вперед с верностью собаки.

— О! О! — подумал Арджуна. — Что за преступление совершил он, чтобы так молить о пощаде? Будем осторожны, если хотим все узнать… Он, видимо, уверен, что мне известны все его злодеяния.

Затем он с необыкновенной проницательностью продолжал делать разные выводы, которые дали ему возможность видеть часть истины.

«Не меня просит он о пощаде, а браматму, и, обещая верно служить мне, он в моем лице обращается также к обществу „Духов Вод“; а обещание, которое он дает на будущее время, указывает на то, что он не был верен в прошлом.