В трущобах Индии

Разве осмелились они тронуть Гавелока, победителя Нана-Сагиба, или сэра Вильяма Броуна, губернатора Цейлона, который на каждом шагу травит членов их общества и которого они еще несколько месяцев тому назад приговорили к смерти? На всякий случай я ношу тонкую кольчугу, которая предохраняет меня от кинжала, а ночью все выходы из моих апартаментов охраняются стражею… Впрочем, я намерен предупредить начальника тугов об этом предсказании…

— Только бы Кишная сдержал свое слово, — мы скоро избавимся от этих людей.

— Он сдержит его, милорд, и дней через десять вы дадите знать в Лондон об уничтожении общества «Духов Вод», об аресте Нана и об окончательном умиротворении Индии.

— Готов верить вашему предсказанию… Пора, однако, господа, на покой; мы, я думаю, долго будем помнить первый вечер в Беджапуре… Пришлите мне ночного дежурного, Кемпуэлл!

— Старший камердинер ждет ваших приказаний, милорд!

— Прекрасно!.. Не удерживаю вас больше.

Перед уходом оба почтительно поклонились сэру Лауренсу.

— Спокойной ночи, господа, — приветливо сказал им вице-король.

Не успел директор полиции переступить за порог комнаты, как сэр Джон знаком подозвал к себе адъютанта.

— Удвойте число человек вокруг замка, — приказал он, — поставьте часовых у всех дверей, ведущих в комнаты Ватсона и возвращайтесь с дежурным адъютантом Пири… Проведете эту ночь со мной. Я предчувствую, что здесь произойдут странные вещи.

Минут через десять все приказания вице-короля были исполнены. Шум в древнем дворце Омра стихал мало-помалу, и ночная тишина не нарушалась ничем, кроме криков часовых, перекликавшихся через равномерные промежутки: «Слушай!» — «Слушай!» И крик этот, удаляясь все дальше и дальше по мере того, как переходил от ближайшего часового к более отдаленному производил странное впечатление среди таинственной и зловещей тишины этой ночи.

Браматма, резиденция которого находилась постоянно в Беджапуре, прекрасно знал все потайные коридоры, которые проходили внутри толстых стен и сообщались со всеми комнатами огромного здания посредством целого ряда особых ходов.

Копия плана этих ходов находилась у него в секретных бумагах, которые достались ему от его предшественников; как и последние, он знакомил членов Совета Семи, возобновлявшихся несколько раз со времени вступления его в должность, лишь с главной артерией этих сообщений, устроенных Адилом-Шахом, чтобы иметь возможность пройти по всему дворцу и не быть никем замеченным.