В твоих руках не страшно

— Я сама наносила, — признаюсь тихо.

Демон даже замирает, ошарашенно вскидывая на меня взгляд.

— То есть как сама? — уточняет недобро. — Ты хочешь сказать, что будучи физически и магически истощённой, сама таскала вёдра с водой?

И так это угрожающе звучит, что я невольно сжимаюсь. И мне огромного труда стоит держать голову прямо.

— Да, я носила по полведра и сама себе приготовила ванну. И спокойно бы помылась тут, — сообщаю ему ровно.

— Если бы я тебе не помешал, да? Ты это хотела сказать? — прищуривается демон.

— Нет, — запинаюсь испуганно. Совсем не это… разве что мысленно. Но мысли это ведь моё личное. Он… разозлился?

Но Аедан внезапно широко улыбается.

— А мне кажется, да.

— Нет, — качаю головой. Он издевается надо мной? Провоцирует?

— Совершенно точно, да. Признайся уже. Ты разозлилась, что я пришёл и помешал тебе, — хитро щурясь, искушает демон, смотря мне в глаза, укутывая своей тьмой, заставляя расслабиться, вызывая желание быть откровенной с ним.

— Кто я такая, чтобы на вас злиться? — пожимаю осторожно плечами и, не выдержав, прибавляю.

Чтобы тут же испуганно зажать себе рот ладонью.

— Простите, — шепчу, жалобно смотря на него.

— За что? — вскидывает Аедан брови. — Ты ничего ужасного не сказала. И у тебя есть полное право не соглашаться со мной. И даже спорить. Думаю, мне доставит огромное удовольствие доказывать тебе свою правоту приятными для нас обоих методами."

"Это не может быть сказано им всерьёз. Он король, а я служанка. Какие права у меня могут быть, если, даже будучи королевой у себя на родине, я почти никаких прав не имела? Но что-то странное между нами происходит, и я больше не могу позволять себе закрывать на это глаза.

И может, он даже ответит.

В любом случает неведение хуже всего. Оно мешает принимать действительно взвешенные решения.

— Ваше величество, зачем вы меня вводите в заблуждение? И почему проявляете… столько заинтересованности во мне? Зачем эта печать? Неужели вам так сильно хочется затащить меня в кровать? Я же просто… служанка.

Глава 54

Глаза Аедана сужаются, взгляд тяжелеет, заставляя меня немного податься назад, насколько это вообще возможно. Мою лодыжку ведь никто так и не отпускал.

— Ввожу в заблуждение, значит? Вот как ты это видишь? Что ж.