Ванька-взводный

В колонне, которую я вел сюда, сами собой образовались четыре группы бойцов: первая – моя, с которой я высадился. Вторая – группа лиц польского происхождения, 12 человек, плохо говорящих по-русски. Группа гражданских лиц, в том числе женщин и подростков, 18 человек, среди которых три иностранца, и четвертая группа из пяти человек с отдельной радиостанцией. Остальные нормально включились в коллектив, и я их абсолютно не выделяю. Я их всех довел до места, довел быстро и без потерь. С их задачами меня никто не познакомил, и таких указаний мне не поступало.

Что касается «москвича», то он прибыл с повреждением нижней конечности, но опять-таки, с поставленной ему задачей, в Москве, меня не познакомили. Четвертая группа держалась и держится «особняком», я даже не знаю расписания их выходов на связь. Шифровки мельком видел, коды не совпадают.

– Да, их ведет не второе, а четвертое управление, но с вас, как с командира группы, никто ответственности за организацию их действий не снимал. Интересоваться надо и людьми, и их проблемами.

Партсобрания проводили?

– Лично я – нет, в группе заместителя по политчасти нет или мне его не представили. Непосредственно в той группе, которую я готовил к выброске, такого человека нет. Парторг был ранен в самолете, не выпрыгнул. Я же вам докладывал.

– Сплачивать надо людей, лейтенант, а не разделять их на группки!

Вечером того же дня командир отряда собрал всех людей, как тех, которых привел он сам, так и полностью группу Ивана и провел общее собрание, разобрав и потребовав отчета о проделанной работе практически всех.

После совещания отдельно спросил у Ивана: понял ли тот свои ошибки?

– Понял, товарищ командир, постараюсь впредь подобного не допускать, и проводить политико-воспитательную работу в своем подразделении.

– Ну, а замполита мы тебе найдем. Кого из своих можешь рекомендовать?

– Лейтенанта Архипова, он мой заместитель.

– Пусть ко мне подойдет.

– Есть. Сергей, найди Алексея Ивановича, его комбриг вызывает.

Несмотря на совместное собрание, группа Медведева встала лагерем в семи километрах южнее, но строительством землянок не озадачилась. Еловые шалаши служили им укрытием практически до глубокой осени. По первоснежью они переместились чуть западнее, на более сухое место, и там приступили к строительству. Группа Стехова расположилась еще южнее, за дорогой, проходящей через Рудню-Боровскую, в урочище Кабардын, буквально в километре от колхоза Воронувка.