Варрэн-Лин: Узы Стаи

Динка соскользнула с его обмякшего члена и собиралась выйти, чтобы не мешать ему спать, но Хоегард поймал ее за щиколотку.

— Не уходи! Побудь со мной еще немного, — попросил он, заплетающимся языком. Динка рассмеялась, глядя на его жалобное лицо.

— Сейчас скажу парням, что мы закончили, и вернусь, — пообещала она, одергивая подол сорочки и завязывая на груди шнурок.

— Хорошо… — пробормотал он, закрывая глаза. — Только обязательно возвращайся…

Динка осторожно высвободила ногу из его пальцев и босыми ногами по пушистым шкурам бесшумно подбежала к выходу из пещеры.

Тирсвада поблизости не было. А Дайм и Шторос сидели у самого входа рядышком, прислонившись спинами к скале. Динка встретилась глазами с Даймом. Говорить что-либо не было нужды. Чем больше они были вместе, тем лучше понимали друг друга почти без слов.

Она вернулась в пещеру, не столько слыша, сколько шестым чувством ощущая тихие шаги идущих за ней мужчин. Лишь Тирсвад куда-то убежал. Динка была уверена, что он просто не мог вынести того, что где-то рядом она занимается любовью с другим.

Странные между ними все-таки сложились отношения.

Несмотря на то, что ее многократно убеждали в том, что принадлежать нескольким мужчинам одной женщине нормально, Динка раз за разом замечала проявления взаимной ревности. Все-таки каждый из них был в глубине души собственником и хоть раз да мечтал избавиться от соперников, владеющих ее вниманием. Однако они продолжали непринужденно общаться между собой, подшучивать друг над другом, дурачиться вместе и даже спать в обнимку несмотря на то, что в своем мире не было больше необходимости держаться друг за друга.

Даже не так, избавившись от соперников, каждому из них проще было бы вернуться в свое племя, даже если бы он привел с собой Варрэн-Лин другого цвета.

Но, несмотря на это, Шторос, рискуя жизнью и наплевав на признание соплеменников, вел их прочь от своего дома, где они оказались в положении пленников. Дайм нес на спине обессиленного ядом и ранами Хоегарда. Тирсвад варил жаркое на всех и следил, чтобы каждому досталось достаточно вкусной и питательной еды.

А Хоегард сладко спал, восстанавливая силы и безоговорочно доверившись их заботе.

Сейчас они были больше, чем стая диких зверей, где все блага получает сильнейший, а остальные вынужденно подчиняются и точат зубы, ожидая удачного момента, чтобы ударить в спину. Несмотря на взаимные обиды, ревность, какие-то стыдные моменты, они дорожили друг другом не меньше, чем Динка дорожила каждым из них.