Варрэн-Лин: Узы Стаи

И сейчас она вдруг отчетливо поняла, что, когда в их семье появится маленький ва́ррэн, то им будут дорожить также сильно, независимо от того чей это будет ребенок.

Она на цыпочках подкралась к Хоегарду. Он уже крепко спал. На лице его блуждала трогательная улыбка, а глаза под закрытыми веками быстро подрагивали. Ему снилось что-то хорошее. Динка опустилась рядом и, взяв в ладони его руку, прижалась губами к ее тыльной стороне. Спать еще не хотелось, и она просто лежала рядом с ним, наблюдая за тем, как у костра возятся Шторос с вернувшимся Тирсвадом.

Дайм тоже устроился рядом с костром. В его руках появился короткий метательный нож с острым кончиком и кривой сучковатый ствол местного деревца. Скоро несуразное творение природы этого мира под его умелыми руками превратиться в произведение искусства. Динке нравилось наблюдать за точными движениями его кистей, за сосредоточенным выражением его лица. В этот момент он как будто видел то, что находится в будущем, еще не созданное и не доступное взгляду простых смертных.

Динка прикрыла глаза, представляя себе такую жизнь, о которой она мечтала. Уютный домик где-нибудь на окраине села, запах сытного мясного пирога, детский смех и негромкие голоса ее мужчин, что-то обсуждающих между собой.

В душе ее впервые за долгое время воцарился покой, сладкая нега заволокла сознание, и Динка сама не заметила, как заснула.

Проснулась она от тихих шорохов. Мужчины суетились вокруг, сворачивая шкуры и упаковывая вещи. Динка вспомнила, как они снисходительно смотрели на нее, собиравшуюся взять с новый мир все их пожитки, включая оружие, одежду, шкуры и котелок.

— Уже пора идти? — спросила она, сладко потягиваясь.

— Да, нужно идти к черным, пока они не явились сюда сами, — ответил Хоегард. Динка отметила, что он двигается вполне уверенно. От его вчерашнего головокружения не осталось и следа.

Динка неохотно стянула одежду, отдала Хоегарду и, опустившись на четвереньки, мысленно представила себя животным. По телу прокатилась уже знакомая жаркая волна сопровождающаяся колючими мурашками, и она тут же обернулась. По сравнению с мужчинами, она даже в облике зверя была некрупная. Поэтому легко протиснулась в щель на выходе из пещеры.