Красные как у вампиров глаза, торчащие во все стороны волосы и бороды, мятые физиономии. В общем, зрелище было не для слабонервных. Глядя на Вадима ненавидящими глазами, воины кое-как утвердились в вертикальном положении и, прокашлявшись и проплевавшись, дружно задали только один вопрос:
— Какого хрена?
— Значит, так! — в полный голос заорал Вадим, не давая им времени опомниться. — Сейчас вы получите по кружке вина, и с этой минуты больше никакого пьянства. Лето ещё не кончилось, а дел у нас впереди много. Если кто-то хочет возразить, пусть говорит сейчас.
— Ну и сволочь же ты, Валдин, — прохрипел Свен. — Дай людям очухаться по-человечески. Чего тебе от нас нужно?
— Чтобы вы побыстрее приобрели человеческий облик и снова стали воинами, а не свиньями в человеческом обличье.
— Но зачем? Куда ты торопишься? — мрачно спросил Рольф."
"— Вы мечтаете вернуться обратно в Нордхейм, и я нашёл такой способ. Но если вы не придёте в себя, толку от моей идеи не будет.
— Ты опять со своей охотой на тролля? — спросил кормчий, возмущённо взмахнув руками и тут же свалившись со своего топчана.
Грохот его падения отвлёк внимание воинов от Вадима. Взгляды всех собравшихся скрестились там, где рухнул Юрген. Через пару минут с пола, куда свалился кормчий, раздались кряхтение и смачная, многоэтажная ругань. Похоже, вестибулярный аппарат Юргена ещё не до конца проснулся и начал действовать.
Медленно переставляя конечность за конечностью, кормчий вскарабкался на ближайший топчан и, упершись в него руками, мрачно пробурчал:
— Через пару дней напомните мне набить ему морду.
Не удержавшись, Вадим громко, от души расхохотался. То и дело складываясь от хохота пополам, он тыкал пальцем в кормчего и пытался что-то произнести сквозь смех.
— Что ты ржёшь, как жеребец перед случкой? — спросил Свейн, ввалившись в дом. — И какой козёл вздумал трубить в мой рог?
— Ты уж определись, брат, кто я. Жеребец или козёл, — простонал сквозь смех Вадим, медленно разгибаясь.
— Так это ты трубил? — поразился Свейн.
— Ну не я же, — огрызнулся Юрген.
— Кто еще, по-твоему, способен выдавить из рога такие гнусные звуки?
— Ну и на хрена? — повернулся Свейн к Вадиму.
— Пора сделать из этого свиного стада воинов. Да нас три раза могли зарезать и пять раз сжечь, пока мы тут валялись, словно брошенные тряпки, — фыркнул Вадим.
Понимая, что он совершенно прав, Свейн рассеянно почесал всклокоченную бороду и, помолчав, вздохнул:
— Ладно, парни, похоже, и вправду пора праздники заканчивать.
