Вздрогнув, Вадим рассеянно потёр виски, не понимая, что происходит, и неожиданно услышал голос:
— Оставь башку в покое. Это не снаружи, а внутри. И не вздумай орать в полный голос. Не пугай людей.
«Ч-что это?» — подумал Вадим, внезапно сообразив, что заикается даже думая.
— Не что, а кто. Я это. И вообще, с чего это ты вздумал в панику впадать? В прошлый раз посмелее был.
— Один?! — мысленно охнул Вадим, разом забыв, что называть его по имени было запрещено.
— Он самый, — услышал он в ответ довольный смех. — А ты молодец, быстро соображаешь.
Ну да ладно, давай-ка о деле поговорим.
— О каком это деле? — с трудом беря себя в руки, спросил Вадим.
— Ты чего, смертный, издеваешься надо мной? Я тебя для чего из пещеры вытащил и сюда перенёс? — возмутился голос.
— А, ты про Рыжего, — сделал вид, что сообразил, Вадим. — Так, работаем помаленьку. Вон уже одного ярла у него увели. Скоро, глядишь, и остальные зашевелятся.
— Я чего-то не понял, что значит помаленьку? — спросил собеседник, и в его голосе явственно прозвучала озадаченность.
— А куда торопиться? У тебя вечность впереди, а нам и так неплохо, — усмехнулся Вадим, набираясь наглости.
— Как тебя понимать, смертный? Ты собираешься спорить со мной? — послышался следующий вопрос, и температура вокруг Вадима заметно понизилась.
— Спорить? Нет. Спорить я не собираюсь. Сам знаешь, дело я делаю, но вся беда в том, что верить твои отмороженные потомки умеют слабо. Что в тебя, что в чьи-то рассказы. Так что, если уж и собираешься кого-то винить, так только себя, — вздохнул Вадим, стараясь контролировать каждую мысль, каждую эмоцию, мелькающую в его мозгу.
— Знаю, — пришёл неожиданный ответ. — Потому и не стал брать кого-то из них. Упрямы, как ослы, и фантазии мало. Вся надежда только на тебя. Сам я в эти дела вмешиваться не могу, но вот придержать ветер, когда надо, или весть нужную подать, это запросто. А если припрёт, можешь позвать. Отвечу.
— И как это сделать? — окончательно растерявшись, спросил Вадим.
Ему моментально представилась картина молебна, проведённая чернокожей рабыней, когда он пытался найти ответы на свои вопросы.
Но всё оказалось значительно проще. Звучавший в его голове голос обрёл озорные нотки, и Вадим услышал:
— Нет уж, таких ритуалов мне не нужно. Если уж и вздумаешь звать, просто зови по имени. Я услышу.
— Так ведь к тебе многие обращаются, — с сомнением ответил Вадим.
— И что? Не сомневайся, человек из другого времени, тебя я узнаю всегда. Мысли у тебя другие.
