И звучат они по-другому. Я услышу.
— Ладно, договорились, — вздохнул Вадим, уже всерьёз опасаясь за свой разум. — Так что ты сказать-то хотел?
— Рыжий Сигурда предателем объявил. Подумай, как это можно использовать. И поспеши. За всеми этими сложностями мои ослы про меня и думать забыли, а мне это не нравится. Сам понимаешь, всего сказать я тебе не могу, да и не надо тебе этого знать, но дело нужно с места сдвигать.
— Что он теперь задумал? После того, как набег на ярмарку сорвался? — быстро спросил Вадим.
Его бесило полное отсутствие информации. Работать в подобных условиях было очень сложно.
— Ничего пока. Только орёт на всех и злится. Но это не значит, что и тебе можно без дела болтаться.
Неожиданно щекотка пропала, и Вадим снова начал ощущать собственное тело. Резко выпрямившись, он огляделся и, убедившись, что никто из окружающих ничего не заметил, с облегчением вздохнул и испуганно подумал: «Ну вот и приплыл ты, капитан Руднев. Всё, амбец. Крыша окончательно протекла. Сначала викинги с мечами и топорами, потом африканские колдуньи, а теперь ещё и с самим северным богом беседовать начал.
Ку-ку, Гриня».
Именно последняя фраза, пришедшая на ум совершенно случайно, так рассмешила Вадима, что он не удержался и расхохотался в полный голос. Услышав его смех, устроившийся рядом Рольф проснулся и, подняв голову, удивлённо спросил:
— Ты чего, Валдин?
— Не поверишь, брат. Я только что с Одноглазым говорил. Прямо вот так, как с тобой, только мысленно. Похоже, пора твоему побратиму в дом призрения.
— Куда? Ты чего несёшь, тролль тебя раздери? — возмутился гигант, приподнимаясь на локте.
— Сам не пойму, то ли мне это приснилось, а то ли и вправду было, — вздохнул Вадим.
— Спи давай, — проворчал в ответ Рольф, опускаясь на банку.
* * *Никодим едва успел пригнуться, чтобы убрать голову от летящей в неё серебряной чаши, которую конунг запустил в него в очередном порыве гнева."
"— Чтоб тебя акулы разорвали, дерьмо тупое, — зарычал Рыжий, стукнув кулаком по столу.
— Сколько раз тебе повторять, мне большая добыча нужна. Чтобы с одного разу, сразу. Эти болваны только и говорят, что про мои неудачи. А должно быть наоборот. Думай, или собственными руками ворона тебе вырежу.
— Как же глупый раб может давать советы великому императору? — изогнулся в льстивом поклоне Никодим.
— А для чего я тебя держу, болван? — вызверился Олаф. — Ты мир повидал, грамотный, а значит, можешь подсказать то, о чём мы здесь и не слышали.
