Полиция опрашивала всех подряд, пытаясь вызнать, не было ли у Дикинсона близкого друга или тайной возлюбленной, но о помощнике фермера отзывались как о человеке довольно замкнутом.
Миссис Норидж и доктор Хэддок встретились ранним вечером на берегу озера – излюбленного места горожан для прогулок. Сегодня, однако, здесь было пустынно. Пополз слух, будто нашелся продолжатель дела Итана, и жители заперлись по своим домам.
– Джеку размозжили голову чем-то тяжелым, – сказал Хэддок, не ходя вокруг да около. – Осмотр проводил Стивен Лэрд.
Вы с ним не знакомы? Человек он дотошный и въедливый, на него можно положиться, – так вот, доктор Лэрд убежден, что убийца сперва оглушил Джека, а затем, когда тот упал, нанес три сильных удара, завершивших дело. Все случилось около полудня. Полиция обыскала дно, но ничего не обнаружила. Свидетели говорят о каких-то бродягах и цыганах, которых якобы видели по дороге к запруде… Как по мне, все это глупости.
Миссис Норидж кивнула.
– Бродяга мог бы напасть на охотника, но оставить цветы? Исключено!
– Бедный Эванс.
– Доктор глубоко вздохнул. – До сих пор не могу смириться с его гибелью… Какая нелепость! Я никогда не слышал, чтобы он с кем-то враждовал. Достойный человек. – Доктор помолчал и твердо повторил: – Да, очень достойный человек. Его несчастная жена, должно быть, совершенно раздавлена и убита горем. Я заходил к ней сегодня, чтобы выразить соболезнования и предложить свою помощь, но не застал дома."
"– Полагаю, в это время Кэти была у меня, – отозвалась миссис Норидж.
– Она действительно убита горем, однако вовсе не раздавлена. Девушки вроде Кэти отнюдь не такие хрупкие, как кажется мужчинам. Она просила меня найти убийцу ее мужа.
Казалось, ее слова ничуть не удивили доктора.
– Джек Эванс доверял вам, – спокойно заметил он. – Нет ничего странного в том, что и его вдова доверяет.
Ветер донес издалека лошадиное ржание и скрип рессор. К ним приближалась карета. Миссис Норидж свернула на широкую тропу, под сень деревьев, и ее спутник последовал за ней.
Его тяжелая трость оставляла глубокие вмятины в сырой земле.
– Мистер Хэддок, скажите: в тот вечер, когда вы ужинали в «Хромой лисе», вы слышали рассказ Эванса?
– Кое-что, – смущенно признался доктор. – Обрывочные фразы. Достаточно, чтобы возбудить мое любопытство, но недостаточно, чтобы я смог понять, о чем идет речь.
– Что ж, полагаю, теперь я могу пересказать вам наш разговор без опасения, что раскрою чужой секрет.
