— И отвечай мне честно: собираешься идти туда один?
— Оль, я еще не обдумывал этот вопрос. Не знаю, как будет, поэтому не могу ответить, — я взял ее под руку, направляясь к выходу.
— Предлагаю, взять хороших наемников из клуба «Илья Муромец». Я знаю их старшего. И я могу пойти с вами. Между прочим, я хорошо стреляю из остробоя и пистолета, — Ковалевская гордо вздернула носик. — Как тебе предложение? Только имей ввиду, ребята из «Муромца» никого убивать не будут. Набить физиономии — это пожалуйста.
— Все это очень интересно, я подумаю пару дней, — вот здесь я соврал.
Над ее предложением не было смысла думать. И мне точно не нужны посторонние, чтобы разобраться со «Стальными Волками».
— Хорошо. Думай, только очень прошу, не спеши! И посоветуйся с графом Сухровым, раз между вами теперь мир, — она остановилась в тени портика, оглядывая зеленые лужайки и причудливые изгибы фонтана, одетого в светлый мрамор.
— Обязательно посоветуюсь, — наверное, я соврал ей снова. Сухров превосходный боец и может быть очень полезен, но это была моя война.
И, как ни парадоксально, на данном этапе мне будет легче именно одному нанести врагу максимальный урон. Если я буду один, то я смогу действовать без оглядки на тех, кто вызвался поддержать меня. К тому же за тысячи лет я привык действовать один. А если в команде, то только с теми людьми, с которыми уже много прошел.
— Пойду, — сказал я. — Хочу поскорее попасть домой.
— Стой, — Ковалевская поймала меня за рукав. — Я отвезу тебя.
Вместо дворецкого дверь нашего дома открыл мужчина лет сорока с массивной нижней челюстью и карими глазами, тепло в которых так не вязалось с его суровой внешностью.
По нашивке на куртке я понял, что он один из охранников, нанятых мамой. Второй сидел в гостиной, поглядывая в окно.
— Это мой сын, — поторопилась сообщить графиня.
После короткого знакомства со стражами нашего покоя я направился в столовую. Есть не хотелось — наш обед с Ковалевской был более чем сытный, но хотелось пить, и я не отказался бы от чашечки чая.
Мама после моих слов, что есть плохие новости, пошла за мной. Не мучая ее напряженным ожиданием, я рассказал все, что произошло в сквере Южных Механиков и отчасти разговор с родителями Айлин. Выслушав меня, Елена Викторовна с минуту молчала, глядя как я пью чай.
— Что же такое происходит, Саш. Почему тебя преследуют неприятности, — наконец сказала она. — Если сама Артемида приходит к тебе, почему она не может от этого оградить.
