Давай, ты не будешь трогать эту тему? — она снова разволновалась. — Могу обещать, что для меня есть ты и только ты. Разве этого мало? О Денисе я просто не хочу говорить.
— Хорошо, Оль. Мне этого достаточно. Не буду спрашивать об этом. Может ты когда-то сама пожелаешь рассказать, если тебя что-то тревожит в отношениях с царевичем, — мне захотелось закурить, и я нащупал в кармане коробочку «Никольских», но не стал доставать ее.
Оба мы замолчали. Мне было неловко, что я затронул вопрос с Романовым и я перевел разговор на другую тему:
— А что такое интересное Борис Егорович рассказывал за ужином позавчера.
Он сказал, ты поделишься.
— Говорил о Глории. Она вместе со своим Эдуардом провела несколько дней на Родосе, и стало известно кое-что очень неприятное для нее, — Ольга подошла к столу и передвинула несколько выключателей, отсоединяя от питания одного из разобранных роботов. — Она встречалась там с маркизом Этвудом. Как известно, Луис Этвуд — один из самых непримиримых противников нашей империи.
Провокации на Бермудах и в Египте были организованы им лично. Эту информацию передали императору, и он был очень недоволен своей молодой супругой. Говорят, даже накричал на нее. Сказал, что их брак должен примирять наши страны, а не разобщать их и толкать к вражде, стараниями таких людей как маркиз Этвуд. Глория, конечно, выкрутилась. Хитрая лиса, пустила в ход свои женские чары, убедила Филофея Алексеевича, что встреча с Луисом Этвудом вышла исключительно случайной и была мимолетной.
Но есть свидетельства, что ушел он из покоев императрицы лишь поздно вечером и приходил на второй день. Есть копия письма, в котором Этвуд говорит о сыне Глории, как о единственно возможном наследнике трона Российской империи. Только те свидетельства и копию письма пока решили придержать. Ситуация вокруг наследника трона становится все напряженнее, и такие свидетельства станут сильными козырями в нужный момент.
Я тоже пересказал Ольге разговор с ее отцом, случившийся при графе Голицыне, хотя княгиня выслушала меня с интересом, я понял, что она не узнала ничего нового.
Ясно, что княгиня была осведомлена о происходящем в Багряном Дворце больше, чем я."
"Хотя мне хотелось побыть с Ольгой подольше, и она сама не хотела меня отпускать, задерживаться у Ковалевских я не стал. Хотелось успеть нанести визит в агентство имени Скуратова — о времени я уже договорился с Тороповым по эйхосу.
