Сегодня я убедилась, насколько эта женщина нежелательна в нашем круге, — графиня подошла ближе к фуршетному столу и взяла бутерброд с черной икрой.
— Что с ней не так? — краем глаза я видел, стоявшего недалеко Козельского, который поглядывал в нашу сторону. А вот супруги этого упыря по-прежнему не было видно.
— С ней все не так. Майкл мне рассказал кое-что и теперь я понимаю, что она собой представляет, — ответила Елена Викторовна, положив в тарелку кусок запеченной индейки.
— И что же сказал Майкл? — вот тут меня начало раздирать любопытство.
Очень вряд ли чеширский барон рискнул бы поведать ей о своих прежних отношениях с Элизабет. Сказал о ее распутстве и множестве любовников?
— Сказал о ее неподобающем поведении. Но это понятно и без слов Майкла. Перед твоим приходом мы сидели за столом рядом с ее мужем, господином Барнсом, и он обещал убить Элизабет и князя Мышкина. Угрозы, конечно, безумные и пустые — господину Барнсу можно сделать снисхождение: он сильно пьян и сердит. Но даже спьяну просто так такие вещи не говорят.
Ясно же, что его жена имеет какие-то неподобающие отношения с князем. Саш, я вообще жалею, что пришла на эту вечеринку. Наверное, правильнее будет вежливо попрощаться с князем Мышкиным и уйти отсюда, — она откусила кусочек бутерброда, поглядывая на меня.
В этот момент к нам подошел Козельский и сказал моей маме: — Елена Викторовна, смотрю я на вас и думаю, что вы — настоящее украшение этого приятного вечера. Я могу рассчитывать хотя бы на один танец с вами?
— Ваше сиятельство, как же вы мне льстите! — щеки графини порозовели.
— Я не посмею отказать вам. Надеюсь, ваша супруга не будет против?
— Жанна где-то гуляет в саду. И похоже, ее увлек какой-то кавалер. Так что я всецело для вас без всяких страхов, —
Козельский галантным жестом протянул ей руку и пальчики графини оказались в его ладони.
— Черт! — кажется я это произнес вслух. Меня это весьма задело: этот старый, морщинистый и носатый упырь смеет ухлестывать за моей мамой?! Сердце часто забилось — в этот миг я почувствовал присутствие Геры.
Величайшая дрянь была где-то рядом, едва появившись из непроявленного.
Наверное, сейчас я выглядел глупо: стоял у фуршетного стола и вертел головой, то закрывая глаза, то открывая их. Эриний вроде не было. Но само влияние жены Громовержца могло оказаться намного опаснее атаки этих бестий. Просканировать тонкий план дальше мне помешал голос Элизабет:
— Алекс, ты все-таки пришел! Алекс! — произнесла она с сильным акцентом.
