Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Первый корпус стрельцов был учреждён летом 1550 года или, по той системе летоисчисления, в 7058 году от сотворения мира:

«В лето 7058 учинил у себя Царь и Великий князь Иван Васильевич выборных стрельцов с пищалей три тысячи человек и велел им жити в Воробьевской слободе, а головы у них учинил детей боярских;… Да и жалования стрельцам велел давати по четыре рубля на год»….

В результате бесед этих указ Юрий Васильевич подготовил и брату передал, чтобы тот с дядьями Глинскими его обсудил, с митрополитом Макарием и Пересветовым Иваном Семёновичем.

Тот ведь был в Порте и изучал, как формируется поместное войско и корпуса янычар у турок.

Перед самым отъездом Иван похвастал, что почти готов указ и показал его младшему брату. Стрелецкое войско, как и в реальной истории, пока будет состоять из трёх всего тысяч человек, разделённых на шесть «статей» (приказов), по пятьсот человек в каждой. Считай — полк. Командовать стрелецкими «статьями» будут головы из детей боярских: Григорий Желобов сын Пушешников, Матвей Иванов сын Ржевский, Иван Семёнов сын Черемесинов, Василий Фуников сын Прончищев, Фёдор Иванов сын Дурасов и Яков Степанов сын Бундов.

Детьми боярскими будут и сотники стрелецких «статей». Расквартировать стрельцов намеревались в пригородной Воробьевской слободе. Земли эти, отобрав у монастырей, выделил под такое дело митрополит Макарий. А протопоп Сильвестр вообще предложил секуляризировать все земли у монастырей. Монахи де сами трудиться должны, а не християн заставлять на себя работать, а самим в лености пребывать. Жалование стрельцам определили по четыре рубля в год, стрелецкие головы и сотники получили поместные оклады. Стрельцы размещались на тех землях на постоянно — составят московский гарнизон. В мирное время стрельцы будут нести гарнизонную службу, выполняя в городе функции полиции и пожарных.

— Зачем мне стволы? — проверяя переспросил Юрий у брата. Дождался утвердительного кивка и ответил, — Хочу мортирки, что будут мины забрасывать за стены городов сделать более дальнобойными, и чтобы сильнее мины взрывались.

Пробовать надо.

— Ты осторожнее там. Вон на Пушкарском дворе неделю назад ствол разорвало у новой пищали. Так двоих покалечило, а одного до смерти изувечило. Руку оторвало, и он помер вскоре.

Ну, Юрию этого рассказывать не надо. Он невдалеке рядом с Оберакером был. Видел всё своими глазами. И погибший, был немчин Майер — один из лучших литейцев.