Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Самое интересное, что Исса владел целой кучей языков. Он знал древнегреческий, владел арабским и туурецким, знал латынь и знал сербский. Он и был сербом по происхождению, был янычаром в войске падишаха, но в одном из сражений ему сломали ногу и срослась он неправильно. Исса стал сильно хромать. Вот и решил, раз с военной карьерой покончено, стать лекарем. Правильно людей лечить, а не так, как ему ногу лечили. И узнал, что в Бахчисарае есть великий лекарь Мехмед Недаи. Отправился к нему учиться. Выучился. Ну, и вот чем всё это кончилось.

С братом Михаилом они сошлись и всё свободное время проводили в теологических спорах. При этом учили друг друга. Брат Михаил его польскому и русскому, а Исса монаха турецкому и арабскому. А так в основном ругались на латыни и древнегреческом.

Заполучил этого товарища Боровой, ткнув в него пальцем, указывая на оспины на его лице.

— Я собираюсь начать лечить вариолу.

— Лечить чечек (оспу)? От неё нет лекарств. Если Аллах даст, то человек выживет, а если нет, то умрёт.

Прочитал перевод с греческого на письменный русский Юрий Васильевич и покачал головой.

— Лечить будем до болезни. Сами будем заражать оспой.

— Я еду с вами. Мой учитель говорит, что если у выздоравливающего отрезать палец и съесть, то болезнь пройдёт в лёгкой форме.

— Хороший метод. Попробуем и его, но я знаю способ лучше.

— Я еду с вами. Хочу научиться лечить эту болезнь.

С лекарем был довесок. За человека принять сложно.

У лекаря был мальчишка помощник. В ступке травы перетирал и камни разные, как и жуков с жабами. Ну или гребень петуха.

(Если ребенок писает в постель [энурез], нужно высушить беднус ибеги [петушиный гребень, лат. Celosia] и пить. Больше в постель писать не будет").

Пацанчик тоже был русским, лет десяти. Но русского почти не знал. Здесь в Казани от рабов родился. Родители умерли от скарлатины по словам лекаря, не смог он им помочь, зато он прибрал парнишку — сироту к себе.

Всех этих товарищей Юрий Васильевич и в Кондырево с собой забрал.

Пока оружие приготовили мастера, пока Юрий Васильевич договорился с братом и дядьями, и те ему выделили два десятка поместной конницы, пока он половину из них потребовал поменять, и это с бурчанием и рычанием даже, проделали братья Глинские, наступило первое августа.

В этот день и отправились из Москвы в Кондырево.