Вдребезги

Тогда интернет еще не был распространен так, как сейчас, и в сетке их очень мало. Перелистываю медицинскую карту. То, что рождению Дамира предшествовали долгие годы консультаций, я уже знаю. Листаю дальше, возвращаясь назад. У Олеси было крепкое здоровье, поэтому записей не так уж и много. В основном это травмы, наверняка связанные с её спортивной карьерой. Пара консультаций гинеколога. Гуглю назначение. Сверяюсь с рекомендацией. Это противозачаточные… Смотрю на дату. Стучу ручкой по столу. По идее, спортсменам совсем не до романтики.

Так кем же был тот самый номер один? Я уже не сомневаюсь в том, что Олеся мне не врала, когда говорила о двух мужчинах до меня. Может быть, я и был ослом, но прямо сейчас моя голова холодная. Теперь, когда кровавая пелена ярости спала с глаз, я читаю язык её тела, как открытую книгу.

Ближе к семи звонит один из парней, которых я приставил к Олесе. Работы у него немного — та практически никуда не ходит, но зная, что она в безопасности, мне спокойней. Он говорит, что доставил ее и проводил.

Но Олеся почему-то застряла в тире. Может быть, решила вспомнить, с чего все начиналось, — мелькает в моей голове. Я прячу папку в сейф и выхожу в приемную, где уже никого нет, кроме брата и его жены.

— Привет, студентка, — целую невестку в лоб и по привычке чуть задерживаю пальцы на ее пульсе. Видимо, старею, потому что она вмиг просекает мой маневр, хотя еще пару месяцев назад я мог проворачивать эти номера безнаказанно. Просекает — и уже даже не обижается. Алиса, как и моя мать, смирилась с тем, что остаток жизни ей придется провести с мужчинами, помешанными на контроле, и, похоже, даже начала получать от этого удовольствие.

— Привет, здоровяк. Ты похудел.

Закатываю глаза.

— Где Милка?

— Ее хотела забрать к себе мать, — Алиса виновато косится на Руслана, который по определенным причинам не позволял теще оставаться с внучкой надолго. — Но потом позвонил папа и сказал, что они забирают Дамира… В общем, я подумала, что с братом и дедом Милке будет веселей.

— Это точно, — проворчал Руслан, притягивая жену к себе поближе.

— Тебе нужно пересмотреть свое отношение к моей матери. Она очень старается.

— Ага. Когда-нибудь.

Что означает, скорее, ни за что. Я знаю брата и прекрасно понимаю, что он никогда не простит человека, который чуть было не свел его женщину в могилу. Пусть даже виной всему было психическое расстройство, над которым Алисиной матери пришлось поработать. Не в этой жизни…

— Ну, что? Где Олеся? Я ужасно проголодалась.