Вечная принцесса

Так что когда Генрих в момент неумеренного благодушия назначил одному из придворных чрезмерно щедрый пансион, Екатерина сочла нужным заметить, что этот человек и без того богат, нет нужды делать его сильнее. И хотя Генриху хотелось, чтобы в нем видели короля, славного своей щедростью и склонностью к внезапным подаркам, Екатерина помнила, что богатство ведет за собой власть и что королю, недавно севшему на престол, следует собирать про запас и деньги, и влияние.

— Разве твой отец не говорил тебе о том, что Говарды очень влиятельны? — спросила она, когда они сидели рядом, наблюдая за состязанием лучников.

Генрих, в одной рубашке, с луком в руке, только что отстрелялся, показав второй результат, и сейчас снова ждал своей очереди.

— Нет. А что, надо было?

— Нет, конечно, — мягко ответила она. — Я отнюдь не хочу упрекнуть их в неискренности, ни в коей мере! Вся их семья — воплощение любви и лояльности, Эдуард Говард всегда был верным другом, защищал северные границы, а Томас — мой лучший рыцарь, я из всех его выделяю.

— Понятия не имею, — не задумываясь, сказал Генри. — Я его не спрашивал, и, если б даже спросил, он бы мне не ответил.

— Хотя знал, что тебе быть королем?

Генри покачал головой:

— Он думал, это случится не скоро.

— Вот когда родится наш сын, — покачала головой Екатерина, — мы позаботимся о том, чтобы он с юных лет был готов к трону.

Рука Генриха тут же обвила ее талию.

— Скорей бы! — выдохнул он.

— Да! — кивнула она. — Знаешь, я уже думала о том, как мы его назовем.

— Правда? И как? Фердинандом, в честь твоего отца?

— Если ты согласен, мы бы могли назвать его Артуром, — осторожно произнесла она, облекая в слова свою сокровенную мечту.

— В честь моего брата? — опешил он.

— Нет, в честь Англии! — заторопилась она. — Знаешь, иногда я смотрю на тебя и думаю, что ты как король Артур, вокруг тебя рыцари Круглого стола, а это — Камелот.

— Ты в самом деле так думаешь? Вот выдумщица!

— В самом деле. Я думаю, ты будешь самым великим королем Англии со времен Артура!

— Быть по сему, — сказал он, всегда падкий на лесть. — Артур Генрих!

Тут короля позвали, пришла его очередь стрелять. Побить результат ему предстоит высокий. Он послал Екатерине воздушный поцелуй и отправился к мишенному валу.