Вечный воин

Если не считать метров пятьсот от середины холма, где началось сражение, и до того места, где застала ночь, уступленных «гуннскими» германцами, можно считать, что первый раунд закончился вничью. В римской армии пехота была лучше гуннской, благодаря выучке и дисциплине, а наша тяжелая конница, которая была многочисленнее и сильнее вражеской, пока в дело не вступала. Эти несколько сот метров были устланы в несколько слоёв трупами погибших с обеих сторон. Когда звон оружия и крики сражавшихся начали сходить на нет, стали слышны стоны раненых.

Поскольку в темноте их не было видно, казалось, что стонет земля.

Я не знал подробностей сражения на Каталаунских полях. Может быть, мне рассказывали их, но не запомнил. Поскольку гуннская армия пока не проиграла сражение, я был уверен, что на следующий день оно продолжится. В темноте мы кое-как добрались до своего лагеря. Я выставил усиленные караулы, опасаясь, как бы римляне не напали ночью, после чего, наскоро перекусив, лег спать. Вроде бы ничего тяжелого не делал, а устал чертовски.

Наверное, из-за сильного нервного напряжения. Смотришь, как бьются другие, представляешь, что ждет тебя… Несколько раз просыпался из-за шума в главном гуннском лагере, который был западнее на холме, огражденный, как обычно, арбами и кибитками. Видимо, заблудившиеся враги выходили на него и огребали по-полной.

Проснулся до восхода солнца и первым делом умылся в ручье, протекавшем рядом. Поймал себя на мысли, что чистая, прозрачная вода кажется необычной. Вытираясь полотенцем, поданным слугой Радомиром, услышал стук копыт, приближавшийся с юго-запада.

Это скакала сотня гуннов, плотным кольцом окружавшая Костанция, помощника Флавия Аэция. Этот чахоточного вида мужчина с круглыми, совиными глазами так часто бывал в гостях у шаньюя, что его, наверное, воины гуннской армии считали уже своим. Отряд проскакал к главному лагерю и минут через пятнадцать проехал мимо нас уже в обратном направлении: Констанций передал Атилле информацию от его друга Флавия Аэция, а теперь вез ответ.

Поскольку гунны, как я знал, проиграли сражение, то подумал, что посланник привез просьбу уйти с поля боя. По нынешним понятиям, кто первый ушел, тот и проиграл. Я приказал своим подчиненным быстро позавтракать, а затем приготовиться к походу. Сам тоже сел на срубленное дерево и начал уплетать кусок копченого окорока с вчерашней, суховатой лепешкой. Где ее раздобыл Радомир, понятия не имею. Он парень ушлый, часто, так сказать, пользуется служебным положением.