Вечный воин

Только вот латынь, на которой чаще всего выражаю свое крайнее недовольство, для меня чужая, я не чувствую острую глубину проклятий и когда произношу их, и когда сыплются в мой адрес. Ирина, слушая меня, корчится от внутренней боли, а мне и ее ругань, и моя по барабану. Изредка, правда, когда очень уж достанет, перехожу на русский, который она считает смесью гуннского и германского, не понимает и не чувствует, поэтому слушает даже с некоторым интересом. Пару раз пробовала повторить, но произносила неточно и с сильным акцентом, что вызывало у меня смех и бесило ее.

При этом, как только жена узнает, что уеду надолго, сильно расстраивается, прям до слез. Дереву легче без лианы, а лиане без дерева печаль.

Город Аквилея находится километрах в двенадцати от побережья залива, который в будущем получит название Триестского, на большом невысоком холме между реками Натисса и Сонциус и рядом с лагуной. Местность вокруг него болотистая и с многочисленными каналами, что хорошо дополняют искусственные защитные сооружения — ров шириной метров двенадцать, каменные стены высотой метров восемь и башни на три-пять метров выше.

Здесь сходятся четыре главные дороги Западной Римской империи: с юго-запада Эмилиева дорога из центра, с севера из Норика, с востока из Паннонии и с юго-востока из Далмации. Благодаря удачному расположению, это один из немногих западно-римских городов, который все еще растет. Говорят, сейчас его население насчитывает более ста тысяч человек. В такие места обычно сбегаются пассионарии, которые сдаваться не любят. К тому же, с момента образования этот город еще ни разу не захватывали. Поэтому я, так сказать, ни разу не удивился, когда гуннского парламентера, предложившего горожанам капитулировать на мягких условиях, послали чисто конкретно.

Гуннской армия прибыла к стенам Аквилеи по восточной дороге. Город обложили со всех сторон, насколько это возможно на болотистой местности. К штурму готовились неторопливо.

Мне опять показалось, что Атилла понятия не имеет, надо захватить город или нет? Видимо, Флавий Аэций тоже пока не знает ответ на этот вопрос. Гунны должны всего лишь испугать императора Валентиниана Третьего, чтобы тот заценил великого полководца-прохиндея. Может быть, хватит одного появления кочевников возле Аппенинского полуострова. Если нет, тогда придется пожертвовать Аквилеей. Флавию Аэцию не впервой делать это — уже дважды приводил сюда гуннов.