Вечный воин

Осадными работами занимаются рабы, которые до недавнего времени были крестьянами в этих местах, и наша пехота. Это отряды из самых разных племен, в первую очередь германских, пришедшие к Атилле сразу, как только услышали, что он собирается захватить Рим. Сам шаньюй ни разу не обмолвился, что идет завоевывать столицу Западной Римской империи, но подданные лучше знают, что у него на уме. Несмотря на огромные потери в сражении на Каталаунских полях, желающих принять участие в новом походе было, хоть отбавляй.

Для простых парней из лесных деревень это возможность повидать мир и стать богаче и знаменитее. В это трудно поверить, но многие идут на войну только ради того, чтобы было, чем похвастаться. Вернутся в свои медвежьи углы и начнут рассказывать, какие они крутые перцы, как разили врагов направо и налево. Если еще и на коне приедут да с богатыми трофеями, то и вовсе станут первыми парнями на деревне. Ради этого стоит рискнуть.

Пока что пехотинцы насыпали подходы к крепостным стенам через болотины, каналы и ров.

Работали споро. Все-таки деревенские, приученные к тяжелому физическому труду. Командовал работами западный римлянин, служивший когда-то командиром саперов в армии. То ли у него какие-то личные обиды на своих соотечественников, то ли просто решил подрубить деньжат — не знаю, однако делал все грамотно. Можно сказать, что через болота и каналы прокладывали римские дороги высокого качества, пусть и шириной только под осадную башню, восемь штук которых сколачивали под руководством другого командира, восточного римлянина.

Я увел свой отряд подальше от города, на небольшую возвышенность, покрытую виноградниками. Эта ягода любит сухую почву. Конница все равно не участвует в осадных работах. Если мы вдруг понадобимся для какого-нибудь другого дела, Эдекон знает, где нас искать. Мы, как обычно, занимаемся добычей пропитания для всей армии, грабя окрестные деревни. Вскоре поблизости выгребли всё, пришлось ездить далеко и надолго.

Иногда я не видел некоторых своих подчиненных по два-три дня. Зато возвращались они, нагруженные едой и прочей добычей, десятую часть которой исправно отдавали мне. Впрочем, я брал только золото, серебро и драгоценные камни, которые в крестьянских домах водятся редко, а всё остальное возвращал.

Где-то недели через три Атилле, видимо, прибыла весточка от Флавия Аэция. Понятия не имею, кто ее привез. Одиночный гонец вряд ли бы добрался, а отряд я не видел.