Вечный воин

Если обо мне пойдет молва, как об удачливом навклире, не будет проблем с набором экипажа. Не все матросы, нанятые в Фессалониках, согласились стать морскими разбойниками. Два ушли сразу после того, как я сообщил, чем собираюсь заняться и сколько получит каждый матрос, а третий на следующее утро, перед самым выходом в море. Видимо, в нем жадность всю ночь боролась со страхом и все-таки проиграла. Не стал их задерживать, хотя догадывался, что разболтают обо мне всюду, и при возвращении в Константинополь у меня могут быть проблемы, если захвачу хотя бы одно восточно-римское судно.

Я еще тешил себя надеждой, что когда-нибудь вернусь в свое имение в Малой Азии и поживу там тихо и спокойно.

Обратный путь занял чуть больше времени, потому что пришлось идти против ветра. Дважды ночевали в открытом море, взяв бирему на бакштов. Для нынешних мореманов мероприятие это было жуткое. Кроме боязни шторма, ходили еще и байки о морских чудищах, которые по ночам поднимаются из пучины и пожирают тех, кто в галерах, а до тех, кто на «круглых» судах, добраться не могут, потому что надводный борт высокий.

Из-за этого ночью на биреме оставался, кроме гребцов, только наряд из трех вандалов, в который отбирались по жребию. Бог должен был указать на неудачников.

На счет высокого спроса на белый мрамор Менно не соврал. Более того, весь груз оптом у нас купил сам Гейзерих. Как мне рассказали, он человек неприхотливый, к роскоши безразличен, если не считать алчную любовь к золоту, но сейчас, не скупясь, строит арианский храм в Бирсе, который должен стать самым большим и красивым в Карфагенеи во всем его королевстве.

Таможенный чиновник, прибывший, чтобы оценить приз и удержать десятину в пользу правителя, как только увидел груз, сразу приказал не продавать его, пока не доложит Гейзериху и не вернется. Решил выслужиться — и свершилось. Вернулся таможенник через пару часов вместе с архитектором, строившим храм. Это был египтянин, причем настолько важный, что казался карикатурой на индюка. Тщательно осмотрев груз, архитектор заявил, что сгодится все. Видимо, девице с кувшином тоже найдется местечко в храме. Египтянин уехал докладывать королю, а таможенник остался присматривать за грузом, чтобы мы, не дай бог, не продали что-нибудь местному купцу, который дожидался в лодке у борта судна окончания переговоров, надеясь, что они не сложатся.

Вместо архитектора приехал алан, довольно рослый и прямоногий для кочевника.