Ведьма и Вожак

А может быть… поговорить с батюшкой, тетушками и перестать вводить в заблуждение местных молодых людей, никому не давать надежду, тихо учиться в Академии, выяснить, кто меня пытался столкнуть с лестницы и кому не дают жить Бизо, а потом вернуться домой?

— О, какой красавец! — сказала тетя Клара. — Мистер Торваль — один из самых видных мужчин, которых я видела в своей жизни.

Внизу раздались приветственные крики. Я посмотрела вниз и увидела Виктора, величественного, гордого, с абсолютно невозмутимым выражением лица.

Он шел вдоль первого ряда стульев у арены вместе с двумя спутниками, пожилой парой, которую я уже встречала с ним в парке в несколько нестандартной ситуации у кареты.

Торваль был одет в костюм с кожаными элементами, на плече висела большая сумка, напоминающая охотничью. Его собеседники нарядились по-местному ярко, особенно леди, чью полненькую фигуру украшало синее платье с крупными драгоценными сверкающими бантами.

Дойдя до мест, расположенных прямо перед сценой, Виктор и его знакомые остановились, оживленно заговорив между собой.

— Мне б лет сто долой, — мечтательно сказала Гвендолин, — так бы и съела этого оборотня вместе с хвостом. Но сначала чтоб в ножках повалялся, песни любви под окном попел. У него, наверное, голос хороший. Помнишь, Кларочка, его мужественное и зовущее «Еще-о-о-о!».

Сестра перевела на нее лорнет, демонстративно изучая в упор.

— Была ты, Гвенни, в юности с придурью, и сейчас ничегошеньки не изменилось…

— Время надо мной не властно, — гордо заявила тетя Гвен, поправляя буклю.

— Какие сто лет? — оторопела я.

Обе тети воззрились на меня, одновременно развернувшись.

— А сколько, ты думала, нам лет?

— Клара, девочка так комплимент сделала. Прими достойно, не таращи глаза. Фира, спасибо. Ты такая душечка.

Гвендолин похлопала меня по руке. Клара покачала головой и вдруг всполошилась:

— Ой, Гвен, они пересаживаются!

Что-то случилось внизу, что расстроило моих родственниц из этого мира.

Зашуршали атласные юбки, защелкали нервно закрывающиеся и открывающиеся лорнеты.

— До начала еще минут двадцать, может быть, сейчас сходим?

Они склонили головы и возбужденно зашептались.

Я тоже посмотрела вниз и от увиденного чуть не протерла таза, не может быть.

К Торвалю, гордо держа хвост трубой, шествовал Дух. Из пасти у него висел кусок домашней колбасы.

Кусок был длинный, размеров немалых и натурально мешал коту передвигаться в толпе.