Ведьма и Вожак

Знаковая система удивительно быстро прижилась в Лоусоне. Я уже не раз на улицах видела и большие пальцы, и средние. К моему смущению, ими начали сигналить друг другу все, включая детей.

В Академии, как рассаднике моды, даже пытались ввести показ оттопыренного мизинца, со смыслом «ты мне симпатичен», но отчего-то не прижилось.

Батюшка от стола немного отодвинулся, расстегнул жилет и заблестел глазами. Сладкое он не любил, и, если я проторможу, сейчас мистер Бизо попытается сбежать к себе в лабораторию, поработать перед сном.

— Дорогая семья, — обратилась я ко всем громко, — у меня к вам серьезный разговор.

Тетушки окаменели плечами, замерли. У батюшки мягко упала из рук салфетка.

— Покажу-ка я коту один открытый шкаф, не все о нем знают, так сказать, шкаф для посвященных, — заявил Грэг, поднимаясь из-за стола.

— Да фиг тебе, — промурчал Дух, — ни за что не пропущу выяснение отношений. Фирыч, даю зуб этого рыжего прощелыги, что родственники решили, будто ты от них слинять собралась, в Визию или в клан волков.

Тетя Клара с трудом разжала тонкие губы.

— Да, дорогая, — сказала она, — мы тебя слушаем. Внимательно.

Я обратилась к уже собравшемуся уходить практиканту:

— Останься, пожалуйста, для меня важно услышать всех здесь присутствующих, кроме того, твоя наблюдательность и острый ум дорого стоят.

Грэг упал на стул с широкой довольной ухмылкой. А я продолжила:

— Мы договаривались с батюшкой, что я погощу в Заккарии полгода, чтобы помочь разобраться в произошедшей когда-то трагедии.

Все присутствующие подобрались.

— Но прошло уже две недели, а вы мне ничего не рассказываете, от разговоров уходите, такое впечатление, что от меня решили скрыть любые детали.

Тетушки переглянулись и посмотрели на меня глазами кота из Шрека, печальными и жалостными.

— Детка, — осторожно начала Гвен, — мы так захотели, чтобы ты осталась, решили оградить тебя от всех неприятных впечатлений и опасностей.

— Но на меня уже покушались!

— Поэтому больше ты никуда не ходишь одна, а Грэг следит за тобой в Академии.

Мой так называемый приятель начал активно прятать глаза. Вот проходимец, то-то я постоянно вижу мелькание его костюма в коридорах Академии.

Ну уж нет, в тепличных условиях я жить не согласна.

— Уважаемая моя семья!

Присутствующие услышали металл, зазвучавший в голосе и подобрались.

— Сообщаю вам, что мне крайне неприятно, что я так и не стала для вас своей.