Ведьмина доля

— Да-да, она слила всех — единственная уцелевшая и очень обиженная — и из-за смерти подруг и учительницы, и из-за «собственной». Она предала эту грязную историю огласке, и заклинатели — из тех, кто не знал, — ушли к ведьмам, а ведьмы… очень разозлились. И если бы не тюрьма, быть бы войне. Но судьба решила иначе. Пламя потухло, тюрьма явилась, и оттуда хлынула нечисть, от которой досталось всем. И тогда же был заключен первый договор: ведьмы бдят за тюрьмой, а наблюдатели закрывают алтари и забывают об «угольных» сказках.

И ведьмы лично уничтожали алтари и вычищали архивы. Тюрьма пугала не только тем, тем, что, «уходя», по-прежнему копила агрессивную нечисть, но и тем, что обещала вернуться. А хуфию может сотворить только ведьма, как и настроить ее на «тюремную» работу.

— Заклинательский «уголь» летуч? — уточнила я, грея руки о горячую кружку.

— Да, и наследуется как мужчинами, так и женщинами. Историю появления их дара замяли и сделали вид, что забыли. Собственно, и замять, и забыть было нетрудно — тюремная нечисть забрала многих сопричастных.

Но одна ведьма не забыла.

— Которая использовала знания в своих целях?

— Сначала — да. Ей нужно было Пламя, и она возродила один из алтарей, опять использовав тех же самых бесов по прямому назначению.

— Один из?.. — я наконец обратила внимание на этот момент. — Да вас, в смысле, наблюдателей… — и меня затрясло. Чай выплеснулся на одеяло.

— Совершенно с тобой согласен, — поддержал Гоша. — Однако вернемся к Раяне.

Она была одержима мыслеформой, Уля, вот откуда у нее взялось Пламя — свое собственное, из тринадцатой сферы. Первые жертвы шли на алтарь добровольно — с желанием вернуть Пламя, и она эту мыслеформу зацепила. И продолжила прикрытый проект, но убивала уже не добровольцев.

— А потом… появился ты? — спросила я тихо.

— Да, дернул черт найти эту проклятую ключ-карту, — он поморщился. — И рассказать о ней, кому не следовало. Раяну нашли и… договорились. И не только об «угле». Но и Пламени из тюрьмы.

Она уже была Верховной и всё знала через коллективную память. И обещала. Ей не мешают работать, прикрывают со всех сторон в ожидании тюрьмы, выдают хуфий стародавних, а она добывает оттуда Пламя и делится. Да только вряд ли мое начальство удовлетворилось бы дележкой. Им невыгодно было возрождение истинных Верховных, особенно неподконтрольных. А вот покупать за Пламя ведьм и ставить в Круги своих…

— А… тетя Фиса? — уточнила я нерешительно.