Ведьмина доля

— А Анфисе Никифоровне пообещали не трогать вас, необычных и дефективных — основу Круга, если она не выпустит тюрьму и нечисть в мир живых. Никому не хотелось очередного повторения истории, Уля. Всё должно было закончиться там, — Гоша встал, прошелся по палате и остановился у окна. Помолчал и повернулся ко мне: — И Анфиса Никифоровна согласилась, дополнительно затребовав нескольких хуфий. Пламя наблюдателям она отдавать не собиралась.

Очевидно Барыня показала нам разное. Ему — ритуал, а мне…

— Зачем Раяне нужна была… моя хуфия? — я отставила кружку и села, скрестив ноги и натянув на плечи одеяло.

 — Их… всё же не хватало?

— Нет, хватало, и хуфия, которую я нашел в ее логове… это был «аванс» от братца. Готовый и «озадаченный». Она творила мертвого проводника. Знания из коллективной памяти разнятся — Пламя тринадцатой сферы слабее, чем истинное, переданное в артефакте последней Верховной-стародавней. Раяна знала о ключе, зеркале и камне, но вот ритуал от нее был сокрыт.

Хуфия творилась для задач проводника. А остальных хуфий должен был привести лично… шеф, чтобы и посмотреть, и поучаствовать, и забрать. Но не сложилось, — и бывший наблюдатель странно улыбнулся. — Не успел. Однако, — и, подойдя, присел на корточки, весело прищурился: — у вас с тетей семейная тенденция — вмешиваться в чужие дела. Ролью зеркала она едва не сломала все мои планы.

Я не смутилась, хрипло заявив:

— Пожалуй, — он кивнул. — Все хорошо, что хорошо закончилось.

Лишь бы… закончилось, — и встал, подхватив с одеяла мою кружку.

— Думаешь… нет? — мне стало не по себе. — Думаешь, после огласки… найдутся те… кто захочет большего, чем дала природа?

— Людям это свойственно, — тихо отозвался Гоша, рассеянно передвигая на тумбочке чайные принадлежности. — Столичным шефам долгое время не было дела до того, что творится в нашей сибирской глуши, но и теперь… Кто знает? Последний алтарь мы уничтожили, архивы — подчистили, хуфии с Пламенем — у Верховных и под защитой Кругов… Да и твой отец — хороший человек, из тех, кого учили не только наблюдать за неблагонадежными ведьмами, но и оберегать надежных… Но ни в чем нельзя быть уверенными, Уля.

Ни в чем.

Он замолчал, и я ни о чем не спрашивала. Только смотрела в окно на пляску снежинок и думала. О том, что Томка всё знала — правая рука как-никак, пусть и без Пламени. И наверняка имела приказ — идти за Риммой и помогать.