Я — единственная защита чужан от нечисти. Все, точка. Обдериха уже убила человека. И теперь не остановится, потому что «в своем праве». Ужасная формулировка, которая продолжала меня бесить.
Пора становиться взрослым мальчиком, Мотя!
И я ударил. Сильно, наотмашь. Меч скользнул по телу обдерихи, пройдя как нож сквозь талое масло. Клинок обрубил выставленную руку и располовинил нечисть, войдя у плеча и выйдя у таза.
От нереалистичности картины я даже не испугался. Потому что произошло как-то ненатурально. Как в каком из эпизодов «Звездных войн».
Причем, не каноничных, а снятых уже Диснеем.
— Молодец, сс… — похвалила меня Лихо.
Хист дрогнул, принимая крупицы промысла. Много меньше, чем от обычного «спасибо». Потому что убийство нечисти не было моей прерогативой. Однако и этого хватило, чтобы по телу пробежала приятная дрожь."
"Я стоял, тяжело дыша и глядя на съежившийся труп нечисти. Прошло каких-то секунд тридцать и труп свернулся, как сгоревший картон. Думаю, пару раз здесь с щетками пройтись и ничего не останется.
Но на всякий случай я вытащил заготовленный камень с нужной руной. Юния даже слова не сказала.
— Ма-матвей, а она ушла? — услышал я знакомый голос. Только теперь уже не такой уверенный.
— Не ушла, а ее ушли, — ответил я, вкладывая в камень хист и придавливая останки.
— Емае, я чуть не обделался. В жизни такого не видел. Сначала, главное, холодом таким повеяло. Будто на кладбище оказался, а потом… емае.
Хист обожгло искренней благодарностью Колобка. Конечно, по сравнению с моим аппетитами, это было каплей в море.
Но его оказалось значительно больше, чем мне выдало за убийство. Что называется, все познается в сравнении.
— Да, первую встречу с нечистью приятной не назовешь. Потом уже привыкаешь.
— А что вы делаете?
Я в общих чертах объяснил. И сказал, что трогать этот камень нельзя в течение сорока дней. Хотя чего говорю? Все равно не смогут. Поэтому посоветовал как-то обыграть наличие булыжника. Не знаю, еще рядом разбросать камней или этот в специальный короб убрать.
Думаю, Хамелеон точно сообразит.
Затем я помог Колобку подняться и мы оба вернулись к столу рецепции, где нас с нетерпением ждали. Надо отметить, без своего привычного гонора, Станислав Семенович оказался в целом нормальным мужиком.
— Что? — подался вперед Хамелеон, испуганно глядя на крошки каленого стекла, прилипшего к телу компаньона, и мою мокрую одежду.
— Все, — кивнул я. — Ведь так?
— Костян, я такой херни в жизни не видел.
