Вегетация

— На Белорецк заедем, — сказал он Маринке и Мите. — Не отставайте от меня. Тут повороты, к тому же одни спуски и колдоёбины.

Лес по правую руку словно бы начал сходить вниз, под землю — он стоял на террасах крутого склона. Меж деревьев открылся вид на город. Белорецк лежал в глубокой долине, по дну которой извивалась речка. Повсюду сквозь зелень виднелись ржавые крыши полуразрушенных деревянных домов. Вдали вздымались опутанные арматурой башни бризолоперегонного завода и тонкие трубы, из них валил густой бурый дым. Когда-то здесь было металлургическое производство, но его, как и все прочие производства в округе, переделали в лесохимическое.

За сооружениями завода блестел широкий пруд. По берегам пруда толпились кирпичные пятиэтажки, по большей части уже нежилые.

Белорецк нельзя было назвать городом в полном смысле этого слова. Он был зоной. Завод окружала двойная линия колючей проволоки; такими же линиями были выгорожены пара кварталов для заключённых и кварталы для охраны. Высились мачты интерфераторов.

Главная улица города превратилась в трассу лесокараванов. Сквозь застройку проложили ветку железной дороги, и по ней катились вереницы белых китайских цистерн. Всё, что осталось вне колючей проволоки, потихоньку ветшало и рушилось в зелени и запустении.

Егор Лексеич, Маринка и Митя ехали по улице деревенской окраины Белорецка. Заборы здесь почти везде упали, во дворах разрослись раскидистые деревья, дома и сараи тонули в диких кущах бурьяна, малины и шиповника. Порой приходилось останавливаться, чтобы перебраться через поваленный ствол.

Егор Лексеич то и дело сверялся с какой-то картой в навигаторе.

Он затормозил возле перекошенных тесовых ворот.

— Вроде сюда, — неуверенно сказал он.

Маринка остановилась рядом с Егором Лексеичем, Митя — чуть позади.

— Дядь Гор, чего мы здесь шароёбимся? — недовольно спросила Маринка.

Егор Лексеич поколебался: говорить ей или нет? И решил — говорить.

— Это — трек Харлея, — он показал Маринке экран телефона. — У тебя ведь тоже он есть, да? Посмотри сама с тайминга.

В этом доме, — Егор Лексеич ткнул телефоном в сторону ворот, — Харлей проторчал больше суток, а потом за полдня добрался на Магнитку. Почему он тут залип?

— Здесь лёжка у него была, — ответила Маринка.

— Ну переночевал он, лады… А зачем так долго здесь сидеть?

— Думаешь, его в плену держали? — догадалась Маринка.

— Думаю, держали, — Егор Лексеич убрал телефон. — И думаю, что он перебил тех, кто его схватил. Так что хер знает, чего мы там увидим.