Вегетация

Серёга глянул на него с досадой: чего под кожу лезет? С другой стороны, брательник ведь и правда ни ухом ни рылом… Всё забыл, если вообще знал.

— Деревья особые, мы их вожаками называем. С ихней древесины вояки производят пиродендраты — ну, взрывчатки. Мощнее гексогена в двадцать раз. Можно снаряды начинять, можно в ракетное топливо переплавить. Накопим запас и захуярим в пиндосов. Да и по Китаю не хило бы въебать.

Трамвай, насквозь высвеченный солнцем, катился по мосту, по длинной дамбе, и за окнами весело искрила мелкая река.

После дамбы потянулись зелёные заросли, а за ними Митя вдруг заметил высокую ограду из железного профиля с колючей проволокой поверху.

— А это что? — спросил он. — Какая-то тюрьма?..

— Зона комбината началась. Комбинат по площади — как город. А забор — потому что работяги тащат с производства всё, что не приколочено.

— Воруют? — удивился Митя.

— Хера ли не пиздить? — удивился и Серёга.

Они выбрались из трамвая на площади у первой проходной. Митя хотел рассмотреть памятник и могучие барельефы — наследие довоенной эпохи, но Серёга быстро погнал брата по ступенькам к дверям: нечего время терять.

Митя уже получил пропуск и подробные инструкции — куда идти, что делать и говорить. Серёга остался снаружи, а Митя направился к турникету.

— Привет, Серёжа, — сказала тётка на вахте. — Мать-то здорова?

— Здорова, тётя Паша, спасибо, — ответил Митя.

За проходной располагалась ещё одна площадь, уже заводская. Щурясь от солнца, Митя сидел на скамейке в скверике. В тополях щебетали воробьи. На остановке толпились рабочие, о чём-то разговаривали и пересмеивались; время от времени к ним подруливали автобусы с номерами цехов на бортах. Слева за сквером возвышалось огромное здание без окон. За площадью по железнодорожным путям катились и катились вереницы белых блестящих цистерн с красными иероглифами, изредка гудели локомотивы. Вдали торчали батареи труб, извергающих бурый дым, башни градирен с белым паром, мачты с решётками интерфераторов, кауперы и опутанные арматурой верхушки перегонных печей с наклонными фермами скиповых подъёмников.

Митя думал о мире, в котором он вынырнул будто из ниоткуда. С миром сделали что-то очень плохое, хотя внешне это незаметно. Однако мир стал непригоден для людей. Люди теснятся под излучателями — больше им нигде нет места. Всё пространство занял враждебный лес.