Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018

 — Сообразишь!» Полдня орали, судили-рядили. Упёрлись: «Без автоматов не едем!» И баста!

— Ну и что? — спросил Бургазов Паша, которому было очень даже интересно, как обходятся с их братом в других РОВД.

— А приказ-то никуда не денешь, нах… Начальство в Москве доклада ждёт, а мы в забастовку.

— Правильно… — одобрительно сказал кто-то сонным голосом.

А Бургазов Паша, который не слышал рассказа, снова спросил:

— Да подожди ты! — снова оборвали его. — Соль впереди.

— Ну и что? — спросил Герман Орлов. — Выдали?

— Куда они денутся? Только вначале дали укороченный АК, нах… «Да вы что, ребята! Это же хуже пистолетов.

Прицельная дальность какая?» Опять кричали полдня. «Давай, — говорят, — выметайтесь из отделения». Мы вещи бросили в караулке и сидим. До вечера сидели. Пришёл наш полковник Субботин. Выругался, схватился за голову и убежал. На следующее утро нормальные автоматы нашлись, АК-74М, и по четыре рожка каждому. Спрашивает: «Как ехать?» Полковник Субботин: «Поездом, поездом?! А кто вам персональный состав даст?» Мы ж то думали, что нас к какому-нибудь эшелону прицепят. Нет, своим пердячим паром с вещами и баулами через полстраны.

— Поездом на войну?! — не поверил Бургазов Паша и выпучил и без того изумлённые глаза, только в темноте этого никто не заметил, ну разве что Игорь Габелый, но ему было всё равно, кто как реагирует.

— А то… — гордо сказал кто-то.

— Так не бывает, — возразил кто-то, он не Лёва Аргаткин, который уже знал, как отправляют в России на войну.

— Ещё как бывает, — веско сказал Алексей Ногинский.

 — Игорь не сколько увидел, сколько дорисовал в воображении его нервное лицо с локонами, выбивающимися из-под кепи. Ногинский не стригся из принципа, чтобы быстрее уехать домой. — Мы тоже один раз целой ротой ехали. Полвокзала в Астрахани занимали. И все пьяные. Представляешь?! Пьяные и вооруженные до зубов. С гранатами, подсумками. Полиция нас стороной обходила. У Министерства обороны денег нет даже на теплушки.

— Продали в Корею! — Алексей Ногинский оскалился в радостном смехе.

Передние зубы у него были железные, потому что он любил драться и настоящие зубы ему выбили ещё в учебке. Как ни странно, он был самоучкой по части компьютеров. После бокса это было его вторым увлечением. Любил он поговорить на тему «окон», мог запросто просветить насчёт недостатков и достоинств той или иной версии операционной системы и дать дельный совет, так что дилетанты обращались именно к нему.

— Ну а чего… ёпст, не баре, — высказался Герман Орлов.