Печенеги, потихоньку сдававшие позиции, тоже видели, что перестал сражаться сын кагана, уповая на милость врага. Последние капли отваги, зачерпнутые где-то с самого дна души, испарились. Бросились врассыпную степняки, за ними с победным кличем следовали ратники.
Победа!
Над стенами Вежи нёсся громогласный ор, подхватили его и люди, выбежавшие на улицы. Весь город ликовал!
Я спустилась на землю, подозвала гридня и велела выдвигаться на телегах в сторону уже утихшего сражения. Надо собрать раненых и сжечь тела врагов.
Иначе через день тут будет смердеть от разлагающихся трупов.
Споро собравшись и взяв с собой несколько крепких парней, мы отправились к месту боя.
Как ни стремилась я к мужу, гридни окружили моего коня, не дозволяя вырваться вперёд.
- Не гневайся, княгинюшка, - басили они, опустив глаза, - вдруг стрела шальная, так нам ведь головы не сносить, снимет её воевода. И людям как потом в глаза смотреть?
Я успокоилась и больше не пыталась пустить коня в галоп. Так, все вместе, подстраиваясь под ход телег, добрались до поля брани.
"
"Оставив всех, поспешила к мужу так и не отходившего от Тираха.
- Деян, ты не ранен? – кровью была залита кольчуга, но поди, разбери чья она.
- Нет, пичужка моя, - муж обнял меня, ласково погладив по щеке.
- Что с этим делать думаешь? – спросила, указывая на хана.
- Сам печенег сдался, не выдюжил, - Деян насмешливо смотрел на Тираха, тот опустив голову, сидел на траве, руки его были связаны, - предложил я ему уговор, каган пошлёт своих людей замириться с Ярополком, тогда и отпустим его.
Тирах – старший сын, может, и пожалеет его отец.
На этих словах пленник дёрнулся, как от пощёчины, но смолчал, только сильнее сжав челюсти. Подняв его с земли, повели к остальным. Привилегии кончились, теперь он просто узник, ожидающий своей участи.
Воины уже уложили раненых на телеги, помогая освободиться от кольчуги и перевязывая раны. Около десятка ратников лежали бездыханными, глядя на их тела, у меня всё внутри сжалось от жалости. Молодые, полные сил и задора, покинули они эту жизнь.
Дворовые собирали трупы печенегов, укладывая их в одну кучу.
- Езжай домой, душа моя, - подошёл ко мне Деян, - проводи нашего гостя в поруб, Милава как раз освободила его от прежних узников.
Тирах метнул затравленный взгляд из-под ресниц, видимо, видел он, как расправилась со своими врагами княгиня.
Не стала спорить с мужем, взяв с собой ещё двух гридней для охраны, направилась в город.
Долго ещё ждали мы дружину.
