Великий герцог Мекленбурга

Нас было десять человек на пяти возах, однако прорваться посчастливилось только мне. Но неужели нельзя ничего сделать? Раздайте своим людям по пригоршне сухарей, чтобы поддержать их силы, и пообещайте, что завтра они будут жрать в три горла!

– Месяц назад из этой затеи что-нибудь и получилось бы, но сегодня боюсь, что нет.

Так ничего и не добившись, я вышел в сопровождении монаха. На завтрак полковник меня не пригасил, а пустой желудок поспешил напомнить своему обладателю, что его было бы не худо чем-то заправить.

В самом деле, накануне я весь день отбивал вражеские атаки на свой острожек, и нормально поесть времени и возможности просто не было. Потом случился совет у Пожарского, и тоже было не до того. Минин, правда, обратил внимание на мой вид и сунул мне в руки что-то съестное, прежде чем усталость окончательно свалила меня. Не помню, съел я это или нет, но сейчас с удовольствием навернул бы.

– Господин фон Кирхер, вам, очевидно, негде остановиться? – прервал мои размышления монах.

– А, что? Будь я проклят, если собираюсь здесь остановиться! – буркнул я в ответ. – Ох, простите, святой отец, я вовсе не хотел богохульствовать в вашем присутствии. Да, вы правы, я здесь совсем один и мне некуда пойти.

– Вы можете остановиться у меня, по крайней мере, пока не найдете себе товарищей.

– Ну да, все жолнежи объединяются в товарищества, внутри которых у них общий стол, добыча и прочее. Иначе выжить совсем трудно. Но, умоляю вас, будьте осмотрительны при выборе друзей.

– Что вы имеете в виду, святой отец, кстати, а как вас зовут?

– Можете называть меня отец Тео, а имею я в виду, что в последнее время в гарнизоне происходят весьма странные вещи.

– Странные вещи, отец Тео?

– Да, мне прискорбно говорить об этом, но я сам видел разрытые могилы.

– Я имею в виду, что непрерывные лишения ослабили веру в нестойких душах. И боюсь, что дальше может быть только хуже.

– Что же, святой отец, я с удовольствием приму ваше предложение, но все же надеюсь, что надолго здесь не задержусь.

– Я тоже надеюсь, что католическому войску удастся сломить сопротивление схизматиков, прежде чем случится что-то совсем страшное, и Господь не позволит своим верным слугам пасть в пучину греха.

Проговорив это и не забыв осенить себя крестным знамением на католический манер, я машинально сунул руку в карман и, к своему удивлению, вдруг нащупал там изрядно засохшую краюху хлеба, очевидно оставшуюся от того, что дал мне накануне Минин.