Великий маг, вернувшийся за ней

Она старалась для него, выводила буквы, и когда Лисар думал об этом, на сердце у него становилось тепло. Поэтому он продолжал верить, что Варда не сбежала.

Приложив записку к груди, накрыв её ладонью, Лисар опустил веки. Он снова думал о Варде: что он сделал не так? Почему ей нужно уйти и подумать?

Он сомневался, переживал, снова думал, не надо ли как-то подстроиться под Варду, и снова себя одёргивал: лучше вести себя естественно, как сейчас, чтобы она приняла его таким, какой он есть, иначе невозможно будет постоянно притворяться.

А иногда всё у него холодело внутри и хотелось немедленно умереть — когда он невольно представлял, что Варда никогда к нему не вернётся. Лисар просто не представлял жизни без неё, не видел смысла.

Он думал, что, возможно, это следствие его воспитания — у него возникла потребность и привычка кому-нибудь поклоняться. Возможно, ему следовало подумать об избавлении от этого состояния, но Лисар не видел в этом беды, пока Варда принимала его чувства.

Выехала я раньше запланированного, надеясь, что по дороге встретятся грабители. На дороге же должны быть грабители!

Может, конечно, из-за того, что я заранее обозначила количество дней, которые буду покупать продукты на базаре, после чего уеду, городские товарищи предупредили своих дорожных соратников о потенциальной угрозе.

В общем, по неведомой причине одинокую красивую всадницу грабить никто не пожелал, так что к вечеру после долгой безрадостной дороги я находилась не в самом благоприятном расположении духа.

И в целом получалось, что я прибежала к Лисару раньше оговорённого срока. Я как раз думала об этом, в лёгких сумерках подъезжая к постоялому двору, и мысли качались между «зато высплюсь нормально у него под боком» и «да ну, он слишком много о себе подумает и поймёт, что я соскучилась!»

— Стой! — Кериш стоял в воротах, широко разведя руки и гневно взирая на меня.

Конечно, он не был серьёзной преградой, его даже без магии мой конь просто оттолкнул бы с пути, но меня заинтриговала внезапная смелость этого человека.

Увидев, что я остановилась, Кериш побледнел, на лбу проступили капельки пота. И раскинутые руки даже начали подрагивать. И всё же он оставался на месте и сохранял решительный взгляд.

— Что ты хочешь? — спросила я.

— Прекрати мучить Армана! — потребовал Кериш. — Хватит!

— Я? — удивлению моему не было предела.