Он что-то мямлил себе под нос, не зная, куда направить мысль, подброшенную Ларисой. К чему это она про мужиков? Кого она имеет в виду?
— А что… у тебя есть предположения? — на всякий случай поинтересовался он. — Кто-нибудь звонил тебе? Искал? Или, может, у тебя остались письма? — Стае поймал себя на мысли, что говорит как следователь на допросе. Какие письма? Что он с этим станет делать? Зачем ему это?
Но Лариса с теми же искорками в глазах посмотрела куда-то на другой берег реки.
— Насчет писем не знаю, но сны…
— Что сны?
— Иногда я вижу очень занимательные эротические сны.
И в них присутствует герой. Мужчина. Честно тебе признаюсь, Стасик, это не ты.
Лариса сложила полотенце и направилась к лагерю.
Стасик некоторое время тупо смотрел ей вслед. Если бы его попросили описать свои чувства в тот момент, не смог бы. Его вялотекущая душа никогда раньше не подвергалась подобным встряскам.
Машина стояла на опушке. Студенты водили вокруг нее хоровод. Им было предельно весело. Стасик подошел ближе и заметил среди студентов худого седого дядьку — профессора.
И толстую тетку в яркой одежде. Стаса вес раздражало в тот момент, и он едва держал себя в руках, чтобы не сорваться на эту пеструю толпу. Они попытались втянуть его в свои игрища. Он попятился, оберегая себя от их цепких рук.
— Психи, — прошипел он себе под нос. И услышал короткий смешок сзади.
Невдалеке стоял Петров.
— Я вам сочувствую, — подал он голос. — Нормальным людям здесь первое время непросто. Но ничего. Они скоро угомонятся, и вы сможете беспрепятственно уехать.
Я вам помогу.
Петров поднял с земли кусок металлической трубы и ударил в плоский лист железа, висящий неподалеку. Полученный звук сразу произвел впечатление на хоровод. С визгом и гиканьем народ рванул к костру.
— Путь свободен. — Петров сделал «гостеприимный» ""жест в сторону дороги.
— А почему вы, собственно, так заботитесь, чтобы я поскорее уехал? — прищурился Стасик, разглядывая Петрова.
— Потому что, как я понимаю, ваш визит подошел к концу.
— Вы здесь начальник лагеря? — нервно осведомился Стасик, все больше раздражаясь.
— Когда захочу, тогда и уеду. У меня здесь жена. Я, может, ночевать здесь останусь.
— Не останешься. — Петров подошел ближе. Поза его была угрожающей. — Не останешься.
— Это почему же? — взвился Стасик.
— Лариса Николаевна не хочет тебя видеть.
— Это она сказала? Я что-то не слышал от нее. И вообще, не знаю, зачем вы лезете в это дело, но хочу предупредить: мы сами с Ларисой разберемся.
