Венец безбрачия белого кролика

— Возьмите помойное ведро и отвезите его к бачку, который находится на улице, — приказал я, только сейчас сообразив, зачем роботу платформа, где любит кататься собака.

Определенно подставка, способная выехать из, так сказать, щиколотки Иннокентия, служит для перевозки разных предметов, например, ведер с водой или мусором.

Тщательно заперев все двери на замки, мы с Борисом закрыли и те створки, которые обычно оставляли открытыми: вторую створку у порога, внутреннюю между холлом и коридором и ту, что вела в столовую.

— Надеюсь, мы не услышим вопля робота с лестницы, — сказал Борис и открыл ноутбук. — Вы вчера заснули, а я решил не терять времени даром, поискать информацию по всем фигурантам. Начал с Софьи Задирайкиной и увидел сообщение о том, что в Центральном округе совершено самоубийство. С крыши пятиэтажного здания, которое готовили под снос, прыгнула женщина. В ее кармане обнаружили записку со стандартным текстом: «В моей смерти прошу никого не винить. Лена, прости».

Там же нашли паспорт на имя Софьи Задирайкиной, она проживала в соседнем доме.

— До того, как вытряхнуть на Артемону тараканов, Софья вполне мирно говорила, что скоро куда-то уедет, — вздохнул я, — мне показалось, что она собралась в отпуск. Не заметил признаков истерики.

— Те, кто твердо решил умереть, как правило, спокойны, — мрачно пояснил Борис. — Зачем нервничать? Им и так все ясно. Если человек пишет длинные записки, обвиняет в них всех и вся, это скорее всего крик о помощи, просьба: ну остановите же меня.

Я знаю одного неуравновешенного парня, тот, прежде чем наглотаться таблеток, звонил своей матери и начинал с ней прощаться. Бедняга всякий раз опрометью бежала к сыну, открывала квартиру, а самоубийца залезал на табуретку.

— Это шантажист, которому нравится издеваться над родными. — поморщился я, — а Софьи на самом деле нет. Что-то нашлось на нее?

— Ее муж Максим Задирайкин — пилот авиакомпании «Де-Монт». Именно он управлял злополучным лайнером, который потерпел крушение.

В салоне среди прочих пассажиров находились Филипп Никитович Попов, муж Артемоны, и Екатерина Владимировна Глаголева, супруга похоронных дел мастера Семена Сергеевича.

— Интересно, — протянул я.

— Я нашел список пассажиров, — продолжал Борис, — похоже, Филипп и Катя не были знакомы. Фил купил билет в бизнес. Катя — в эконом-класс. Они находились в разных концах самолета. После крушения провели следствие.