Венец карьеры пахана

Ясное дело, что из местных. Одеты простенько, так сказать, по-домашнему, в поношенные брюки и калоши на босу ногу. Старенькие выцветшие рубахи, заправленные под ремень. Расхаживали они по-деловому, стараясь не пропустить чего-либо ценного. Временами наклонялись, чтобы подобрать с земли понравившийся камушек, и бережно укладывали его в плетеное лукошко. Зрелище напоминало сбор ягод или грибов, вот только содержимое лукошка было значительно весомее. Среди пришедших сюда оказался знакомый хитник, парень лет двадцати пяти.

— За каких-то полчаса собрал! Ночью был сильный ливень, и все камушки из земли проступили. Только ходи да собирай.

Никита понимающе кивнул. Так оно и бывает. Слой налипшей грязи умело скрывает самоцветы от заинтересованных глаз, но достаточно пройти дождю, как драгоценные камни, будто бы умывшись, начинают ярко блестеть.

Парню повезло. В лукошке виднелось с десяток отличных бериллов. Вытащив пластину слюды, хитник показал изумруд толщиной в большой палец.

— Видал? — спрсил он с гордостью.

Половина этого камня ценности не представляла, вся в трещинах, да и цвет мутноватый, но вот вторая определенно годилась для самой изящной ювелирной работы.

— Хорош, — согласился Никита, не в силах оторвать взгляда от сверкающих граней. — Взглянуть можно?

— Посмотри. У меня этот камушек уже за три тысячи баксов берут, — объявил знакомец с гордостью.

Никита понимающе кивнул. Мужичкам, живущим около поселка, можно было позавидовать. Вот так вот запросто вышел утречком за околицу, копнул лопаткой, выворотил кусок земли и заработал три тысячи долларов. И надо думать, в корзинке у него это не единственный хороший образец.

— И знаешь, где я их отыскал? — довольно хихикнул счастливец.

Оценив образец, Никита аккуратно положил его обратно в корзину.

— Помнишь ту породу, что Бармалей привез?

— Вот там и отыскал, — протянул он, счастливо улыбнувшись.

В прошлом году Бармалей пригнал на соседний карьер «КамАЗ» и, загрузив десять кубов породы, привез ее сюда, чтобы просеять рядом со своей палаткой. Обработав только пару кубов и найдя несколько небольших демантоидов, он неожиданно потерял интерес к вывезенной породе и увлекся новым объектом — большой жилой пегматитов, где в то время были обнаружены друзы александритов.