Венец карьеры пахана

А все потому, что этот малец обладал массой достоинств, и самое немаловажное из них состояло в том, что он предпочитал учиться на чужих ошибках — весьма похвальное качество для пацана. Он умел подметить у других и взять в актив все то, что могло бы пригодиться впоследствии.

Поблагодарив за приглашение легким кивком, Андрей сел на стул. Причем тут же сумел найти такое положение, которое подчеркнуло бы его уважение к собеседнику и одновременно указывало бы на его внутреннюю свободу.

— Рассказывай, что там с деньгами?

— Зальцер пока не готов отдать четверть миллиона баксов.

Старик невольно напрягся.

— Что значит не готов отдать? — кустистые брови законника приподнялись верх. — Он должен нам четверть миллиона. В его долбанном бизнесе крутятся и наши деньги.

— Он предложил интересный расклад.

Батяня внимательно посмотрел на Андрея, после чего вяло отреагировал:

В какой-то степени парень вышел за рамки дозволенного, выслушивать интересные расклады и принимать решения полагалось только пахану, и, уж конечно, Андрея никто не уполномочивал списывать долги.

Парень сделал первый серьезный прокол, и старик всерьез стал подумывать о том, что свое отношение к пацану, возможно, следует пересмотреть.

— У Зальцера объявился клиент, который предложил ему на продажу алмаз более пятидесяти каратов. Зальцер уверял меня, что такой алмаз у клиента не последний.

Сказанное меняло положение вещей.

— Вот как. И что же это за человек?

— Какой-то старик.

— Серьезный клиент, — задумался Георгий Георгиевич.

У Зальцера на хорошие камушки было врожденное чутье. Ему нет нужды играть в прятки или обманывать, за такие вещи могут спросить весьма дорого, следовательно, сказанное им соответствовало действительности.

А если так, то подобную информацию можно было оценить в четверть миллиона долларов. Ведь только один камушек на пятьдесят каратов мог стоить такой суммы.

Старика нужно брать!

— Старик не сказал Зальцеру, откуда у него взялся такой крупный алмаз?

— Нет. Но в этом алмазе Зальцер узнал именно тот самый, который когда-то принадлежал его дяде, а потом перешел к его отцу.

— Вот как, интересно. И каким образом от него уплыл этот камушек?

— Он сказал, что в конце войны НКВД сильно шмонало ювелиров по всему Уралу.