Верь в меня

Камень и не замечает, что с ним случилось. Не думает об этом.

— Я не камень, — проговорил Хоук. Он взглянул вверх, на небо, такое синее, что глазам было больно; опустив глаза, огляделся: на деревьях поодаль от стены сидели вороны, много воронов. — Я мужчина.

Торголд снова усмехнулся. Ответ ему, видимо, понравился. Он подобрел.

— Ленточки для волос — вот что она любит.

— Ленточки для ее волос. Она их очень любит. Какого угодно цвета, это ей все равно. С детских лет любила ленточки для волос. — Торголд повернулся лицом к Хоуку, который продолжал смотреть па собеседника с удивлением.

 — Она держит их в маленькой шкатулке, свернутыми, как цветы.

— Ты считаешь, мне стоит купить ленточек для волос?

— А как насчет драгоценных камней, мехов, шелков?

— Ленточки для волос.

— Хорошая лошадь, роскошные занавеси в ее комнату, редкие благовония?

— Ленточки для волос.

— Зеркало из далекой Аравии, шкатулки кедрового дерева, полные пряностей, арфа со струнами из волос единорога?

— Ленточки для волос. И на вашем месте я бы забыл и думать о единороге.

Его нельзя поймать.

Хоук хотел удержаться от улыбки, но не смог.

— Ты хочешь сказать, что, когда я совсем состарюсь, я все равно стану покупать ленточки для волос?

— Станете, если будете удачливы, милорд. Вы удачливы? Ведь не пустой дар фортуны сидит на таких широких плечах?

— Будь я проклят, если мне это известно. В самом деле, как знать? У него в жизни были и удачи, и беды. Эссекс его детства был куда более опасным и неспокойным местом, чем теперь.

Ни один разумный человек не ждет от жизни сплошных удач. Его мать умерла слишком рано, оставив о себе нежные воспоминания, почти неуловимые, порой вызывающие тоску. Тоску эту восполняли странные вещи: обрывок песни, веяние аромата, звук голоса, почти, но не до конца знакомого. Он привык к этому. И по контрасту едва мог вспомнить себялюбивую, бездумную девушку, которая погибла по собственной вине из-за глупого несчастного случая вскоре после их вступления в брак. Погибла сама и унесла с собой их не рожденного ребенка. Хоук примирился с условиями существования в этом мире и был этому рад, но время от времени спрашивал себя: можно ли еще на что-то надеяться, на что-то не открытое и не испытанное?

Прозвучал сигнальный рог, предупреждая, что к замку приближаются всадники. Хозяин Хоукфорта поспешил подняться на арку и посмотрел за пределы города. Он углядел флаг королевской конюшни, трепещущий над группой примерно из двенадцати всадников.