Может, она не любит воронов?
— Мне надо идти, господин…
Это было сказано уже на ходу, потому что она успела пройти половину расстояния до деревьев. Хоук едва не двинулся с места, чтобы остановить ее, но удержался. Служанка его невесты? Глупость невообразимая!
Он еще немного побыл на берегу, пока нетерпеливое чувство долга не отправило его туда, куда он намеревался идти. Ворота Хоукфорта были открытыми. За пределами этих ворот раскинулся городок, а за ним — другие стены и другие ворота, хорошо охраняемые людьми Хоука.
Городок, со всех сторон обнесенный стенами, был богатый и процветающий. Скоро, быть может, уже на будущий год, Хоуку предстоит начать строительство нового кольца стен, чтобы расширить пределы своих владений. Множество купцов приезжают сюда в поисках защиты, они богатеют под прикрытием его меча. Жили здесь и ученые, потому что Альфред ввел это в обыкновение, а Хоук с радостью ему последовал. Приезжали люди, на удивление хорошо разбирающиеся в книгах. Они рассказывали о делах давно минувших так, словно события происходили вчера.
Хоук мог похвалиться лучшими кузнецами во всем Эссексе, если не за его границами. То же можно сказать о кожевниках, плотниках и прочих ремесленниках. Были и монахи, которые разрисовывали манускрипты в основанном Хоуком аббатстве, аптекари, способные лечить болезни людей, а еще люди, умеющие творить чудеса, дотоле в этих краях невиданные. Именно они подали мысль провести каналы, благодаря которым хлеба зеленели даже в засушливые годы.
Город являл собой нечто шумное и беспорядочное, но Хоук гордился им так сильно, как и не ожидал в своей жизни, казалось бы, предназначенной на заклание только крови и поту — не более.
Благодаря заслугам Альфреда появилась надежда на лучшее, и Хоук был твердо намерен защищать это лучшее по всему побережью. Он двигался сквозь толпу людей спокойно и беспрепятственно. Он был одет в довольно поношенный простой плащ из коричневой шерсти без всяких узоров. Только меч сбоку на поясе намекал на его высокое положение, — меч и почтение, оказываемое лорду людьми.
Перед ним снимали шляпы, ему приветливо улыбались, а какая-то старушка сунула в руку теплую булочку с изюмом. Хоук этому обрадовался, так как вышел из дома, не нарушив свой ночной пост. Он шел и жевал булочку.
Медленно двигаясь между рядов лавок и прилавков, он порой останавливался перемолвиться словом то с купцом, то с крестьянином. Было время, когда Хоук знал по именам всех обитателей Хоукфорта.
