– Ваня, – оборвала меня хозяйка, – кати к Маше Беркутовой и вытряси из нее адрес съемной квартиры Олеси.
– Думаете, она его знает?
– Конечно.
– Но…
– Ваня! Выполняй без лишних слов, – рявкнула Элеонора и отсоединилась."
"Я сунул трубку в держатель на торпеде. Мой «Ниро Вульф» в своем репертуаре! Не желает никого слушать. Элеоноре принадлежит гениальное высказывание: «Одна голова хорошо, а вторая пошла вон со своими советами». Такая позиция чревата ошибками, я бы сейчас лучше отправился на поиски Яны, той самой толстухи из поликлиники.
Найти подругу Олеси не составит труда, медучреждение, как упомянул Валентин, находится рядом с его институтом. Навряд ли во всех кабинетах сидят тучные девушки по имени Яна. С Машей у Олеси хороших отношений не сложилось, а вот Яна, вероятно, в курсе делишек подруги, но я всего лишь «ноги», а «голова», то бишь Нора, приказала мне ехать к Беркутовым.
Дверь мне распахнула баба Катя, не успел я раскрыть рот, как старуха с негодованием заговорила:
– Ну? Явились! Молодец! Теперь увидите дело во всей красе! Любуйтесь!
Не дав опомниться, пенсионерка проволокла меня по коридору и распахнула дверь комнаты Беркутовой.
Я чуть не умер, запах в спальне был невыносимым.
Баба Катя захлопнула створку и навалилась на нее спиной.
– Во! Красиво? Зачем ей «трешка»? Бросила мать гнить и носа не кажет!
– Маши нет дома?
– Верно подмечено.
– Где же она?
– Хрен ее знает, – пожала плечами пенсионерка, – гуляет!
– Может, она на работу ушла! – предположил я.
– Ага, со вчерашнего дня, – засмеялась старуха, – в ночное!
– Маша вчера вечером не вернулась?
– Йес! – заорала бабка по-американски. Видать, сериалов насмотрелась.
– Она часто так поступает?
Пенсионерка уперла руки в бока.
– Врать не стану. До сих пор всегда приходила! За полночь порой, но явится.
– А сейчас испарилась без следа?
– Мать бросила, вонь по всей квартире идет, – возмущалась баба Катя, – вы там начальству доложите: шалава она! Такой просторные хоромы во вред!
– Непременно, – пообещал я и, стараясь не дышать, выбрался на лестничную клетку, вынул мобильный и сообщил Норе: – Маша не ночевала дома, и ее до сих пор нет.
– Ладно, – буркнула хозяйка, – разберусь. Зря ты к Беркутовой помчался, следовало искать Яну. Сестры особо не дружили, не словил ты, Иван Павлович, мышей.
– Виноват, исправлюсь, – отчеканил я.
Тот, кто работает в непосредственной близости от начальства, сейчас поймет меня.
