Вернуть Боярство 23

Только, в отличии от первых двух, ИСКН была не силовой структурой. На плечи Ромашкиной и её организации легла тяжелая ноша перехвата всех нитей управления государственным аппаратом. Разумеется, подготовка к этому велась десятки лет, по всем направлениям — множество внедренных загодя людей, полные досье на всех сколь-либо значимых чиновников и так далее… Проблемой было не взять власть в свои руки — проблема была в том, чтобы разгрести образовавшиеся авгиевы конюшни. Ведь именно на ней и её службе лежала задача обеспечить крепкий тыл сражающейся армии.

Почему столь сильный маг была занята в тылу? Да потому, что большинство сколь-либо значимых чиновников было либо выходцами из Великих Родов, либо пользовались их покровительством. А потому за спиной не самых сильных и высокородных, но зато лояльных престолу управленцев из ИСКН нужна была фигура, у которой будет достаточно сил и авторитета. Которая будет в силах подпереть своим весом решения подчиненных и принять на себя неудовольствие и даже гнев Великих Родов.

И Маг десяти Заклятий, чей Род уже более трех веков был Великим, а она сама была единственной в ближнем кругу Императора, чья персона была давно известна широкой общественности, подходила на эту роль как нельзя кстати.

Ну а тот факт, что до этого года все считали, что она на уровне лишь четырех Заклятий… Что ж, когда Надежда Ромашкина раскрыла истинный уровень своих сил, это лишь ещё больше укрепило её положение.

— Этот вопрос, душа моя Александра свет Федоровна — или лучше называть тебя Элизабет Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадтская, как в девичестве? — тебе стоит задать не мне, — с легкой полуулыбкой ответил Николай Третий.

— Помниться, у тебя было так много друзей с туманного Альбиона, что Немецкую Слободу в столице впору было переименовывать в Британскую. И все они в изрядном долгу перед тобой — ведь ты столько усилий приложила для того, чтобы им было сподручнее набивать карманы за наш счет…

— Господин мой и супруг, я действительно виновата, — покорно склонила голову женщина.

— Виновата в том, что слишком мало понимаю в государственных делах, что была чересчур доверчива к окружающим меня людям, часть из которых действительно злоупотребляли моей к ним благосклонностью. Виновна я и тем, что по неразумению порой помогала людям недостойным… Я понимаю, что даже самые благие мои намерения не оправдывают моих заблуждений.