Хочешь, я тебе еще малины в тарелку добавлю?
— Нет, спасибо.
Истинный так открыто и тепло улыбается, что всякое желание капризничать и кривляться, пропадает. Да и не до этого совсем. Силы мне действительно нужны, тем более, что операция по освобождению Соланы предстоит, скорее всего, завтра, край послезавтра.
Считать до двенадцати я еще не разучилась.
С завтраком, который безумно напоминает теплые семейные посиделки, расправляемся быстро, а кофе для мужчин и какао для меня Сияна, помощница отца по хозяйству, приносит в кабинет к Джейкобу, куда мы уходим, чтобы все обсудить.
— Я ее раньше не видела, — киваю на закрывшуюся за женщиной лет пятидесяти пяти дверь.
— Сияна приходит только готовить и прибираться, — поясняет отец, заметив мою заинтересованность, — три раза в неделю. Так совпало, что ты появилась в доме, когда у нее были выходные, поэтому вы не пересекались.
— Понятно, — отвечаю отцу и с улыбкой поворачиваюсь к истинному, — она мне напомнила твою помощницу, Камаю, тот же обожающий взгляд в сторону альфы и желание накормить его чем-нибудь вкусненьким да побольше.
Умеете вы, мальчики, втираться в доверие суперклассным поварам.
Указываю глазами на журнальный столик, заставленный тарелочками разных размеров и содержания: с печеньем, вареньем, блинами, кексами, бутербродами и канапе.
— Вот такие мы хитрецы, — хмыкает отец, поддерживая легкий тон беседы, — но теперь у нас есть ты, Ани, так что наши стряпухи оторвутся на славу не только в приготовлении мясных блюд, но и сладких кулинарных изысков в виде пирожных и тортиков.
Сердцем чувствую, что ты такая же сладкоежка, какой была твоя мама.
— О, да, Камая точно будет в восторге, она обожает заниматься выпечкой, — поддакивает Лин, согревая меня легкой улыбкой.
На душе мгновенно становится светлее, а в животе трепетно. Будто бабочки крылышками щекочут.
Мне безумно хочется поделиться тем, что лежит на сердце, с Золотинкой, верной спутницей, советчицей и хранительницей всех моих переживаний и чаяний, но от понимания, что это будет возможно совсем-совсем нескоро, одолевает грусть.
"
"Девочка моя любимая, ничего, у нас все получится. Ты вырастешь, и мы вновь будем с тобой лучшими подружками, — обращаюсь к своей второй половинке, веря, что она меня все равно поймет и почувствует ту любовь, что я к ней питаю.
— Так, молодежь, — спустя десять минут отец отодвигает в сторону пустую посуду и окидывает нас с Лином внимательным взглядом.
