Проехала по этому крошеву, зацепилась пальцами за остатки кресла. Судорожно вдохнула. Дагервуд прыгнул сверху и тут же получил еще один осколок стекла, на этот раз – в плечо.
– Надеетесь этим остановить меня? – фыркнул он. – Для меня это закуска.
– Не слишком острая? – рявкнула я, рисуя в воздухе изначальную руну. Стекло в его теле раскалилось, вызвав яростный рык.
Я же прокатилась по мокрому полу, вскочила. И снова отлетела к стене. Вот урод! Кажется, он всерьез вознамерился меня убить… Ну уж нет! Как-то мне надоело быть жертвой! Я прыгнула, упала на бок, проехалась по доскам и с размаха ударила ногой по колену Дагервуда.
Он зарычал и свалился, я перевернулась и обрушила на него шкаф. Грохот разбивающихся статуэток, треск дерева и сквернословие из уст господина Дагервуда прозвучали для меня сладкой музыкой!
– Вы лишь оттягиваете неизбежное, Виктория, – прорычал он.
Я, тяжело дыша, привалившись к стене. Все-таки у меня нет опыта таких драк с таким противником. Но и Дагервуд уже в крови, хотя и не знаю – чьей.
– А мне кажется, вы уже утомились, – бросаю с насмешкой, лихорадочно пытаясь найти выход. Как долго я здесь выдержу? Гостиная похожа на поле битвы, развороченная мебель, сорванные шторы, осколки стекла и камня, усыпающие пол. Дохлые рыбы. Щепки и лоскуты.
– Я любил этот аквариум, – сказал Дагервуд, проследив мой взгляд.
– А я люблю свою шею. Но вы упорно пытаетесь ее свернуть!
Я отклонилась за миг до удара, лезвие пробило рукав моего свитера. Мерзавец… Содрала с себя свитер, оставшись в бюстгальтере и майке.
Кровь стучит в ушах, сердце – в горле. Порез на руке уже затянулся, новый на боку неприятно колет, но и там кожа уже затягивается. Ничего, у Дагервуда вся рубашка в крови, и это слегка улучшило мое настроение.
Он делает шаг влево, я – вправо. Он вправо, я влево. Еще два синхронных текучих шага. Мы звери, принюхивающиеся и дикие, жаждущие убить. Я видела в его глазах эту необходимость, чувствовала ее на генном уровне. Изначальные враги. И вопрос лишь в том, кто сегодня окажется удачливее.
Еще шаг. Мы бросаемся друг на друга одновременно. Я бью кулаком в его лицо, он – в плечо, сваливая меня на пол. Но я перекатываюсь и смеюсь, видя разбитые в кровь губы. Подняться не успеваю, клинок входит в доску рядом с моей головой. Я могу лишь кататься по полу, пока в ладонь не попадает что-то тяжелое. Бронзовая подставка. Ну, надо же. Бросок!
– О, кажется, ваш урок не прошел даром? – я снова перемещаюсь и вскакиваю, занимая боевую стойку.
