Весь мир театр

 – Во всей труппе один Ной Ноевич знал, где именно вы остановитесь?

– Да, только он! Меня перевезли Вася и Симочка. Вася раскрыл чемоданы, а Сима развесила мои платья, разложила туалетные принадлежности…

– Где, в ванной? Прошу меня извинить, – прервал ее Эраст Петрович. – Я должен вас покинуть. Мы обязательно поговорим. Позже.

– Куда же вы? – всхлипнула Элиза. – Умоляю, ничего не предпринимайте!

Он сделал успокоительный жест, ища глазами Масу. Тот сидел надутый, с замотанной головой.

– Не обижайся, – сказал ему Эраст Петрович.

Японец печально ответил:

– Я на вас не обижаюсь, господин. Что ж обижаться на больного? А обижен я на Симу-сан. Откуда вы узнали, что я сейчас думаю о ней?

Предмет обсуждения находился неподалеку, в десятке шагов. Раскрасневшаяся от пережитых волнений Симочка что-то жарко рассказывала Ловчилину, держась рукой за грудь.

– …Мое бедное сердце чуть не лопнуло от ужаса! Оно и сейчас всё трепещет!

Костя посмотрел туда, где у Клубникиной трепещет сердце, и уже не мог отвести взгляда.

– Надо на него подуть, тогда оно успокоится. Только прикажите, – шаловливо предложил «проказник».

– Эта пустая девица любила меня только за красоту. Теперь, когда пуля обезобразила мои черты, она на меня смотреть не хочет. Я к ней подошел, а она говорит: «Масик, ты конесьно герой, но от чебя пареным пахнет». И сморщила нос. А от моей раны брезгливо отвернулась! Меня перевязала добрая Регинина-сан.

– Меня интересует, любит ли Клубникина деньги?

– Она только о них и говорит. Что сколько стоит, да какую бы вещь она себе купила, если б получала больше жалованья. Она не говорит о деньгах, только когда делает любовь, но сразу после любви начинает просить подарки. Я был ранен, истекал кровью, а она от меня отвернулась!

Почувствовав, что на нее смотрят, Клубникина оглянулась, сложила губы розочкой и послала Масе воздушный поцелуй.

– Скажите ей, господин, что я не желаю ее больше знать!

Фандорин подошел к Симе, выразительно взглянул на Ловчилина, и тот моментально испарился.

– Мадемуазель, – тихо спросил Эраст Петрович, – сколько вам платит хан Альтаирский?

– Что? – пискнула Клубникина, замигав пушистыми ресницами.

– Вы шпионите за Элизой, доносите обо всем ее мужу, подкладываете записки и прочее. Не смейте мне лгать, иначе я объявлю об этом всем, вслух.