Выставит где – моя репутация ко дну якорем! Хоть десять фотографий бы сделать! Больше не надо, но десять отдать я обязан, иначе деньги вернуть придется. Часа два проходят в поте лица.
Поставлю ее… – Показываю более-менее приличную позу, девочки смеются, глядя на меня. Все же комично, когда мужик изображает. Сам таких терпеть не могу, потому и не работаю с парнями, нарваться можно. – Только отойду на расстояние, фотик поднимаю, она опять… мать твою!.. – ругаюсь я резко для антуража.
Вера закрывает лицо ладонями, Арина вслух повторяет каждое слово, смакуя.
– Потом она делает так…
Вера с Ариной подаются вперед и замирают в ожидании, глаза у обеих блестят. Сердце опять екает при виде синяков сестры, убил бы, ей-богу, уродов.
Обхожу стул, сажусь на него перед ними, откидываясь на спинку, пародируя клиентку, и резко раздвигаю ноги широко.
Девочки падают на диван, заливисто смеются, я хохочу вместе с ними. Арина плачет, Вера вытирает уголки глаз.
– Да быть не может!
– Врешь, Белов!
– Клянусь! Мы так и замерли, улыбки давим, неловко.
Дама-то деньги заплатила, настраивалась, готовилась. Тома с ней формат съемок обсуждала. Должна была. В любом случае получит от меня завтра, сегодня не смог ругаться. Дамочку выпроводили и ржали полчаса всей студией.
– Офигеть! – смеется Арина. – Ты себе таким образом никогда подружку не заведешь, насмотришься ужасов.
– Ну, она ничего такая, кстати. Для своего возраста, но… хорошо, что я не один был.
– Бедняжечка. – Арина подходит, быстро обнимает меня, целует в щеку и идет в ванную, закрывается, включает воду.
Вера тут же подходит, произносит вполголоса:
– Тоже хочу.
– На фотосессию? – не понимаю я.
– Обнимать тебя, как она.
Смотрю на нее снизу вверх, – все еще на стуле сижу – а что сказать, не знаю. Обнимать хочешь именно меня или вообще обниматься? Язык не поворачивается спросить, совсем убогим себя почувствую. А хочется, чтобы сама уточнила. Это ж важно. Крайне важно в моей ситуации.
– Я, наверное, поеду уже, – говорю тихо, слежу за ее выражением лица.
Она на меня смотрит, ни остаться не предлагает, ни на дверь не показывает. Многое бы отдал, чтобы узнать, о чем ты думаешь, Вера. Видишь перед собой шрамы и кости Роджера? Или глубже что-то разглядела? Осталось ли там что-то глубже под всеми триггерами?"
"Возьмешься отмывать мою душу, Вера? Сама не боишься испачкаться? Если тебя кто-то хоть пальцем тронет, не переживу же.
– Будь, пожалуйста, осторожна.
