Я знаю, ради меня ты и не такое сделаешь, но не подставляйся.
– Так где он, Арин? – повторяю вопрос."
"– Улетел по делам в Париж. Послезавтра… – Она делает паузу, смотрит на часы, – нет, уже завтра утром вернется.
– Интересно, он когда-нибудь слышал о СПИД-терроризме? – задумчиво тянет Кустов, встречаясь со мной взглядом. – Белов, будет весело, обещаю. Не так тепло, конечно, как от горящего человека, но тоже не замерзнем.
* * *«Конечно, родная, как только здесь закончу – сразу к тебе», – пишу Вере.
«Я очень сильно по тебе соскучилась. Мама твердит без остановки, что ты не приедешь, вовсю строит планы, как будем сами воспитывать малыша. Собирается уходить на пенсию и сидеть с ним, пока я пойду работать чуть ли не сразу после родов. И устраивать личную жизнь».
«Вер, ты же понимаешь, что я приеду?»
«Да, но ее слова тяжело игнорировать. Тем более я бы сама хотела сидеть с ребенком, хотя бы первый год. А папе ты понравился. Но он тоже считает, что больше мы тебя не увидим».
«И тем не менее я ему понравился?» – Отправляю Вере смеющийся смайлик.
– «Обещаю, что как только разрулю проблемы, сразу за тобой, первым делом. Как ты себя чувствуешь?»
«Тошнит постоянно, но это неплохо. Так я точно знаю, что беременная: токсикоз во всей красе. А сегодня утром, когда проснулась без тошноты, перепугалась до смерти. Вернее, мама подлила масла в огонь, сказав, что это плохой знак. Настраивайся, дочка, на худшее. У нее так же было, и она потеряла ребенка. Но перед завтраком, к счастью, мне снова поплохело».
«Вер, блин… Все хорошо будет».
«Прости, что жалуюсь тебе на маму, это ужасно некрасиво. Да я и не жалуюсь вовсе, она замечательная. Но умеет себя накручивать с пол-оборота, да и меня заодно. Хотя я сопротивляюсь, честно».
«Сопротивляйся изо всех сил, Вер. У нас все будет прекрасно, обещаю тебе. Больше позитива. Тебе сейчас только он и нужен».
«Ты прав, милый. Но когда ты рядом, мне спокойнее».
«Я скоро буду снова. Просто подожди».
О том, что мы с Артёмом только что здоровски разукрасили физиономию – и не только ее – одному из самых известных фотографов Европы, я писать не стал.
Пальцы ноют и немеют, отчего печатать сообщения сложновато, но игнорировать Верин зов о помощи нельзя. Вы же знаете, какая она. Накрутит себя до предела, потом попробуй назад раскрути, убеди, что всё в порядке. Поэтому я набираю ей сообщения, пока Креманкин отхаркивает кровь, силясь подняться на четвереньки.
