Я веду языком вдоль позвоночника, и Вера дрожит, стонет, так сладко и чувственно, что можно кончить, ей-богу, только от этого. Стягиваю с нее майку, обхватываю грудь, сжимаю твердый сосок между пальцами. Наконец-то Вера не сопротивляется, просто отдается. Я сразу понял по ее глазам, что отдаваться она умеет полностью. Мне нужно немедленно проверить эту свою теорию. Прямо сейчас. Поправляю спортивные штаны и тут же возвращаюсь к груди. Наклоняюсь и шепчу на ухо:
– Вера, ты как?
Я сжимаю ее сквозь джинсы очень сильно.
Должно быть, ей могло быть больно, если бы я начал с этого, но она лишь подает мне попку, не возражая.
– Белов, а ты? – шепчет она в ответ низко, хрипло, и от этого непривычного тона я едва не теряю остатки контроля.
Вы и представить не можете, как сильно Вера мне нравится.
– Сейчас… слюни начнут капать тебе на спину, ты не пугайся, – говорю вполголоса.
– Пусть капают. Только пусть и на грудь, хорошо?
В момент я ее переворачиваю, перекидываю ногу так, чтобы Вера оказалась в ловушке подо мной, вдавливаю ее ладони в кровать.
Она такая румяная, что я дрожу, понимая, что довел ее до этого. Ей так мало нужно, чтобы возбудиться.
– Твои глаза, – говорит мне.
– Утром были на месте.
– Безумные.
– Я больше не буду спрашивать разрешения. Ты же не дура, Вера, знала, куда едешь и зачем позвали.
Вместо поцелуя я провожу языком по ее подбородку, губам, потом еще раз и еще. Она отвечает своим, поощряя. На поцелуи нет сил, хватит уже, нацеловались. На ее джинсах гребаные пять пуговиц вместо стандартной молнии.
А сами джинсы такие обтягивающие, что я сквозь зубы ругаюсь, стягивая их с нее. На Вере белые кружевные, и я уже тянусь туда, где она меня ждет, но мою руку снова останавливают.
– Вера, иди к черту, ты издеваешься?! Хватит строить из себя Королеву Облома!
– Погоди минуту, я кое-чего прихватила. – Она соскальзывает с кровати и несется к сумочке. В одних трусиках, ладная такая, соблазнительная.
Я сижу на кровати, широко раскинув ноги, и ошалело наблюдаю за ней.
– Вот, смотри! – Вера торжественно протягивает мне перчатки и презерватив.
Не хочу даже брать это в руки, смотрю то на нее, то на средства защиты.
– Нам это не нужно. Ты отрицательная, Вера. А презервативы у меня есть. – Хлопаю по карману.
– Это хирургические перчатки, надевай. Я звонила в группу поддержки таким, как я, и всё узнала. Там, – кивает она на себя ниже пояса, – самое опасное место. – Снова быстро кивает, смотрит с энтузиазмом.
